«Интеллигенция»: чем гордиться?

В обыденном сознании понятие «интеллигенция» двоится или троится: это и «пролетарии умственного труда», и олицетворение общественной совести, и оторванные от реалий нонконформисты. Значения прямо противоположные, но подразумевающие некое особое – а подчас и трепетное – отношение к тому, кто носит подобное звание. Так чем же гордиться интеллигенту?

Со времен Древней Руси в нашем языке существовало понятие «общество», напрямую связанное с греческим κοινων?α («общение, приобщение, сообщество»). Смысл этого слова чрезвычайно насыщен: оно связано и с древнегреческим полисом, и с Христианской Церковью. У апостола Павла оно употребляется применительно к святой Евхаристии: «Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова?» (1 Кор. 10: 16). Участвовать в жизни общества значило быть причастным целому, преодолевая свою эгоистическую замкнутость. С XVIII века слово «общество» в русском языке приобрело также значение благородного собрания, позднее появились и уточняющие понятия «образованное общество» и «общественность».

Однако уже с 30-х годов XIX века вместе с ними постепенно стало употребляться и понятие «интеллигенция». Само слово (intelligentia по латыни – «понимание, разум») явилось в Россию из немецкой философии, в первую очередь – из Гегеля, где означало интеллектуальную способность, самосознание. Иногда так именовались и люди – носители подобных способностей. Однако до поры оно никого особо не вдохновляло. Превратить слово в лозунг, в идеологическое оружие смогли лишь русские социалисты-народники. В 1868 году радикальные публицисты Н.К. Михайловский, Н.В. Шелгунов и П.Н. Ткачев в своих статьях заявили об «интеллигенции» как передовой силе, призванной вести за собой всю страну[i]. Задача имела этическое значение: «передовой», «прогрессивный» – значит благой, противостоящий «ретроградному». Социальный и даже образовательный статусы «интеллигенции» отодвигались на второй план. В отличие от «образованного общества», которое построено на взаимодействии его членов, «интеллигенция» подразумевала сосредоточенность на собственном «Я», самосознании и идейном совершенствовании «интеллигентов». «Интеллигент» отделяет себя от внешнего мира, возвышает себя над ним, стремится перестроить мир по своему лекалу. Кроме того, публицисты придавали понятию явное идеологическое звучание: «передовым» в их глазах мог быть лишь социалист. Что же это за прогресс, если он не ведет к земному счастью, к социализму?!

Понятие «интеллигенция» оказалось настолько перегружено идеологией, что внедрялось достаточно медленно и вызывало настороженное отношение. В 1875 году Ф.М. Достоевский занес в записную книжку такую фразу: «Вся интеллигенция <…> не участвовала в прямых и текущих интересах России, а всегда тянула дребедень отвлеченно-интеллигентскую…»[ii] Но в «Дневнике писателя» за октябрь 1877 года он выражал надежду на «будущего интеллигентного русского человека»[iii]. В частной переписке в последний год своей жизни писатель также критиковал «интеллигенцию» за легковесность и отсутствие связи с народом, но считал, что «новогрядущая интеллигенция русская <…> начинает поднимать голову»[iv]. «Русские мальчики» из романа «Братья Карамазовы» и были этой надеждой писателя.

Еще одну попытку принять на вооружение новое понятие предпринял известный ученый и публицист А.Д. Градовский. Он также обращал свой взор на молодежь. Градовский рассматривал «интеллигенцию» как силу универсальную, существовавшую во все эпохи и предлагал формировать ее в России. Он также наделял ее ответственностью за будущее и немногочисленность «интеллигенции» считал причиной внутренних проблем страны: «От этого мы и рассыпаны как песок морской, разбиты на сословия и классы, на города и сельские общества, на дворянство и духовенство, без всякого центра единения, без действительного понимания общественных целей и без уменья вести какое бы ни было общественное дело. Русская земля жаждет, как хлеба насущного, настоящих русских людей, которые умели и хотели бы говорить и действовать за всю землю, в которых частные типы нашего общества – купца и мещанина, крестьянина и дворянина, духовного и разночинца – слились бы в цельный, всеобъемлющий тип мыслящего, нравственного, трудолюбивого и стойкого русского человека»[v]. Иными словами, говоря с молодежью о модном социалистическом словечке, Градовский преследовал далеко идущую и вовсе не социалистическую цель: он ставил задачу не обособления мыслящих людей, а создания сознательной русской нации. Вечно спорившие друг с другом Достоевский и Градовский были не так далеки друг от друга в своем видении насущных потребностей России.

Однако поставленные и Достоевским, и Градовским перед российским обществом задачи реализованы не были. Понятие «интеллигенция» тогда не прижилось, оно сохраняло свой специфический народнический привкус и стало символом утопизма. Неслучайно К.Н. Леонтьев писал: «Пускай в среде этой “интеллигенции” есть прекрасные и гуманные люди, пусть мы сами принадлежим к ней; все-таки надо радоваться, что эта “интеллигенция” так непопулярна, несмотря на всю теперешнюю гуманность свою»[vi]. В 1880-е годы об «интеллигенции» говорили такие социалистические публицисты, как Н.К. Михайловский, П.Л. Лавров, Л.А. Тихомиров, Г.В. Плеханов. Тихомиров, позднее перейдя на монархические позиции, критиковал «умственно и нравственно посредственного, вершков нахватавшегося “интеллигента”»[vii]. Тут интересна определенная перекличка с А.П. Чеховым, который несколько позднее писал: «Я не верю в нашу интеллигенцию, лицемерную, фальшивую, истеричную, невоспитанную, ленивую, не верю, даже когда она страдает и жалуется, ибо ее притеснители выходят из ее же недр»[viii]. Формирование «сословия интеллигентов», его обособление от остальной страны Тихомиров считал «величайшим злом». Он напоминал «интеллигенции», что ее задача – служение народу, а не господство над ним[ix].

В конце 1880-х годов понятие «интеллигенция» было позаимствовано у социалистов такими идеологами религиозного модернизма, как, например, Д.С. Мережковский. В этом не было ничего неожиданного: и те, и другие отрицали постылую обыденность и жаждали земного рая; материализм революционеров плавно перетекал в сектантский культ «святой плоти», который исповедовал Мережковский. Политическая утопия была переосмыслена на мистическом уровне, но по-прежнему нуждалась в «интеллигентном» адепте. Мережковский также выступал за революцию, но за «революцию духа» – против самодержавия и «церковной бюрократии». Он высказывался весьма образно: «Я не берусь решить, что такое русская интеллигенция – чудо ли она или чудовище; я только знаю, что это, в самом деле, нечто единственное в современной европейской культуре»[x]. Сторонник «нового религиозного сознания» В.А. Тернавцев на заседаниях Петербургских религиозно-философских собраний в 1901 году говорил: «Проповедники Русской Церкви наставлены в вере в большинстве односторонне, часто ложно воодушевлены, мало знают и еще меньше понимают всю значительность мистической и пророческой стороны христианства. И самое главное – они в христианстве видят и понимают один только загробный идеал, оставляя земную сторону жизни, весь круг общественных отношений пустым, без воплощения истины. Эта односторонность и мешает им стать “ловцами человеков” наших дней… Единственно, что хранят они как истину для земли, – это самодержавие… с которым сами не знают, что делать. Надо искать новые силы. Где они? Это не бюрократия, не буржуазия… это – интеллигенция»[xi]. На съезде радикально-либеральной группы «освобожденцев» в июле 1903 года С.Н. Булгаков (недавно перешедший из марксистов в радикальные либералы) выражал надежду, что именно «интеллигенция, прежде всего, научит народ бороться с самодержавием»[xii].

Оппозиционный характер «интеллигенции» отмечал радикальный либерал П.Н. Милюков, одним из первых обратившийся к истории этого явления. С 1902 года Милюков вместе с П.Б. Струве издавал за границей журнал «Освобождение», сыгравший огромную роль в подготовке первой русской революции В 1903 году вышел второй выпуск третьего тома «Очерков по истории русской культуры» Милюкова. Историк связывал «интеллигенцию» с оппозицией и вел ее начало от «независимого общественного мнения», возникшего в России при Екатерине II[xiii]. Были и другие точки зрения. Л.А. Тихомиров писал: «Герцен, этот истинный аристократ ума, больше других послужил для разрушения аристократии ума, для создания уличной интеллигенции»[xiv]. С.Н. Булгаков, сильно эволюционировавший после революции 1905 года, считал «духовным отцом интеллигенции» В.Г. Белинского – в первую очередь, в силу его атеизма[xv]. М.О. Меньшиков называл Белинского первым интеллигентом, потому что тот, по мнению публициста, учил современников «ненавидеть и презирать» Россию[xvi]. П.Б. Струве, полагая «интеллигенцию» духовной «пугачевщиной», связывал ее рождение с первым русским анархистом М.А. Бакуниным[xvii]. Но во всех этих мнениях доминировал один общий подход: «интеллигенция» – сила именно оппозиционная, настроенная на принципиальное отрицание существующих порядков, на формулирование самостоятельного идеологического проекта. В основе «интеллигенции» – идея и служение ей, что, разумеется, является отличительным признаком утопизма.

Именно в это время понятие «интеллигенция» получило популярность. Прогремевший вскоре сборник «Вехи» (1909), резко критиковавший «интеллигенцию», сделал это слово общеупотребимым. Целый ряд сборников, выпущенных в ответ «Вехам» («В защиту интеллигенции», «Интеллигенция в России» и др.), закрепили всероссийский масштаб полемики. Вскоре – в 1917 году – интеллигенция взяла в России власть. Считать, что большевики испытывали ненависть ко всей «интеллигенции» совершенно не верно: они, как и положено интеллигентам, делили ее по политическому признаку. Хорошо известное ленинское высказывание, если его цитировать полно, звучало так: «Интеллектуальные силы рабочих и крестьян растут и крепнут в борьбе за свержение буржуазии и ее пособников – интеллигентиков, лакеев капитала, мнящих себя мозгом нации. На деле это не мозг, а г… “Интеллектуальным силам”, желающим нести науку народу (а не прислужничать капиталу), мы платим жалованье выше среднего. Это факт. Мы их бережем»[xviii]. В сталинской конституции 1936 года (ст. 126) «трудовая интеллигенция» была включена в состав «трудящихся». Именно И.В. Сталин окончательно закрепил представление об «интеллигенции» как особой социальной (а не интеллектуальной) группе – «работниках умственного труда». Похоже, что себя он тоже причислял к таковым.

При всей сталинской «иронии» это определение имело крайне важное значение: «интеллигенции» конституционно запрещалось быть оппозиционной. Для нее это означало перспективу гибели или полного перерождения… Победив в борьбе с исторической властью, интеллигенция убивала и самое себя.

Федор Гайда

23 июня 2011 г.

[i] См.: Михайловский Н.К. О русской интеллигенции // Михайловский Н.К. Сочинения: В 6-и т. СПб., 1897. Т. 5; Шелгунов Н.В. Новый ответ на старый вопрос // Шелгунов Н.В. Сочинения: В 3-х т. СПб., 1891. Т. 3; Ткачев П.Н. Подрастающие силы // Ткачев П.Н. Сочинения: В 2-х т. М., 1975. Т. 1; Pollard A.P. The Russian Intelligentsia: The Mind of Russia // California Slavic Studies. Vol. III. 1964. P. 1–32.

[ii] Достоевский Ф.М. Полное собрание сочинений: В 30-и т. Т. 21. Л., 1980. С. 267.

[iii] Там же. Т. 26. Л., 1984. С. 31.

[iv] Там же. Т. 30. Ч. 2. Л., 1988. С. 140, 236.

[v] Градовский А.Д. Задача русской молодежи [1879 г.] // Градовский А.Д. Сочинения. СПб., 2001. С. 480–482.

[vi] См.: Леонтьев К.Н. Как надо понимать сближение с народом? [1880 г.] // http://az.lib.ru/l/leontxew_k_n/text_0300.shtml

[vii] Тихомиров Л.А. Переходное время [1898 г.] // Тихомиров Л.А. Христианство и политика. Калуга, 2002. С. 324. См. также: Тихомиров Л.А. Монархическая государственность. СПб., 1992. С. 309, 380–383; Розанов В.В. На фундаменте прошлого. Статьи и очерки 1913–1915 гг. М., 2007. С. 441.

[viii] Письмо И.И. Орлову, 22 февраля 1899 г. // Чехов А.П. Полное собрание сочинений и писем: В 30-и т. Т. 8. М., 1977. С. 101.

[ix] Тихомиров Л.А. Рабочий вопрос и русские идеалы [1902 г.] // Тихомиров Л.А. Христианство и политика. С. 191–193.

[x] См.: Мережковский Д.С. Грядущий Хам. СПб., 1906.

[xi] Записки Петербургских религиозно-философских собраний (1901–1903). СПб., 1906. С. 31.

[xii] Либеральное движение в России. 1902–1905 гг. М., 2001. С. 44.

[xiii] Милюков П.Н. Очерки по истории русской культуры. Т. 3. М., 1995. С. 337–340.

[xiv] Тихомиров Л.А. Дело жизни Герцена [1912 г.] // Тихомиров Л.А. Церковный собор, единоличная власть и рабочий вопрос. М., 2003. С. 442.

[xv] Вехи: Интеллигенция в России. М., 1991. С. 49.

[xvi] Меньшиков М.О. Письма к русской нации. М., 2002. С. 267–268.

[xvii] Вехи. С. 136–142.

[xviii] Письмо М. Горькому, 15 сентября 1919 г. // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Т. 51. М., 1970. С. 48.

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • В четверг — лучшие тематические подборки, истории читателей портала, новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту
Комментарии
Михаил 4 октября 2014, 22:00
Тут, есть кажется такой момент о котором не часто говорят и и пишут. Дело в том, что есть некое "право" на проповедь, на несение миру слова истины, тут я нарочно с маленькой буквы, так как не о Божественной Истине только лишь речь. Право это есть у тех, кто принадлежит сословию имеющему власть над смыслами. Если считать, что существует некое метафизическое, протогосудаство, то в нем две властвующие касты - воинская( аристократия) владеющая материальной военной силой. И духовная - владеющая смыслами и оперирующая ими. Это видно из истории. Так было всегда. Все прочие касты и сословия управляемы ими и подчинены им. Втч и в том, что как не может ремесленник и купец водить армии и править страной, так же не может этот самый ремесленник, - ученный интеллигент в нашем мире, владеть и оперировать духовными, мистическими и мировоззренческими смыслами. У них нет на то Божественных полномочий. Это противоестественно. Он может быть врачем, например. Делать ракеты. Может быть писателем ( хотя что это за труд!?) но он не может знать за чем жить и как жить. А наш интеллигент берет на себя право говорить. А права этого у него нет. От того все его пороки и грехи. Это что-то вроде извращения.
Андрей Шабельников30 мая 2014, 00:00
Андрею Революции задумывали и начинали представители интеллигенции, из крестьянского сословия среди зачинщиков были единицы. Крестьянский труд - самый благородный исторически, по Священному Писанию. Это исполнение первой заповеди-епитимии, данной Адаму после грехопадения. Напоминаю о замечательной книге М. М. Громыко "Мир русской деревни". Только с ней, скорее всего, единицы из читателей знакомы. А интеллигентами были и декабристы, и Временное правительство, и большевистская шайка. И, конечно же, французские революционеры. Можно ли среди трудящихся на земле найти извращенцев, например? Среди "интеллигентов" их достаточно. Конечно, исключения тоже есть. Но есть сословие, которое регулярно порождает подонки и отбросы общества, а есть такое, из которого они почти никогда не появляются в силу наиболее близкого к христианству уклада жизни. "Мрак. Сходите и исповедуйтесь." - типичный "наезд".
Андрей10 мая 2014, 15:00
Андрей Шабельников: Крестьянство исторически является самым благородным сословием, призванным хранить духовно-нравственные ценности. Подонки и отбросы общества происходят, как правило, из интеллигенции. Да уж, очень благородное...Храмы хорошо грабили, священников и "ужасную" интеллигенцию (учёных, офицеров Империи, учителей, врачей) расстреливали на раз-два. Действительно, где уж до благородного крестьянства (которое нынче порой даже не понимает, во что верит и что такое Евангелие) отбросам общества, в виде того же Флемминга-интеллигента, спасшего жизни миллионам, открыв пенициллин. Мрак. Сходите и исповедуйтесь.
Андрей Шабельников 9 мая 2014, 03:00
Крестьянство исторически является самым благородным сословием, призванным хранить духовно-нравственные ценности. Подонки и отбросы общества происходят, как правило, из интеллигенции.
Темур Симония29 июня 2011, 12:00
ПОЧЕМУ НЕ ОСВЕЩАЕТСЯ И ЗАМАЛЧИВАЕТСЯ "ПОДВИГ" НАШЕЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ В РАЗРУШЕНИИ СССР?? В том блуде куда нас ввергла интеллигенция, покусившись на блага, которые им сулил Запад..ну просто один в один по Булгакову..когда Маэстро показал иллюзорные деньги и все кинулись..а потом вдруг поняли..что иллюзия..так и в годы перестройки! Это надо раскрыть..очень, очень актуально..а блуд который нынешняя интеллигенция демонстрирует с экранов ТВ?? Это как..?? Робко..что-то робко статья освещает деятельность нашей мыслящей, не известно каким местом и чем вообще, частью общества..и что вообще востребовано обществом сегодня!
Дмитрий28 июня 2011, 00:00
Но не даётся исчерпывающего ответа, ПОЧЕМУ происходит это замещение...
Вячеслав27 июня 2011, 00:00
Добавлю к комментарию Владимира на ответ Дмитрия. Дмитрий, по-моему, в статье также дается анализ причин октябрьского переворота и большевистского безбожия, т.е. ответ на Ваш вопрос "как наши пастыри допустили, что часть паствы, причём не самой плохой и бессовестной (в т.ч. интеллигенция) в XIX веке отошли от Церкви..." -- показывается, что происходит, когда "пастырями" стали интеллигенты.
Дмитрий24 июня 2011, 22:00
А при чём тут защита? Никто не умаляет подвига Новомученников... Но Церковь и духовенство состоит не только в них. Революции произошли в православной стране, где духовенство имело все возможности для проповеди, имело привилегированное положение (с известными поправками), Православная Церковь считалась перенствующей и господствующей. Как же получилось, что общество сначало обезверилось, затем озверело...? Почему сменились духовные ориентиры? Причин много, но первая из них - оскудение веры. А оскудение веры - это не только и не столько плохая паства, это не спаравившиеся по разным причинам со своими обязанностями пастыри. Об этом говорить можно много... Если закрывать глаза на такие вещи, писать благостно-розово-слюнявую историю, игнорировать очевидные вещи, окрикивать тех, кто все же их замечает "молчать охальник!", то можно наступить второй раз на те же грабли...
Vladimir24 июня 2011, 12:00
Yvzhaemui Дмитрий, Ny, togda nachnite s sebya :) Prostite, ne vuiderzhal chtobui ne zaschitit' Zerkov' i Ee dobrovol'nuix mychenikov
Дмитрий23 июня 2011, 16:00
Статья интересная) Заголовок же перекликается с высказываниями о. Всеволода Чаплина о интеллигенции. В связи с этим хочется предложить более острую тему: "Духовенство: чем гогрдиться?" (как вариант - церковники) с подробным анализом того, как наши пастыри допустили, что часть паствы, причём не самой плохой и бессовестной (в т.ч. интеллигенция) в XIX веке отошли от Церкви... Как в православной стране, в том числе ПО ВИНЕ ДУХОВЕНСТВА, вызрели причины для революций 20-го века... Когда говорят о грехах (недостатках) целых общественных слоёв, сословий, хотелось бы большей критичности от священников в отношении себя и своих собратьев. Начинать с собствееных грехов, а потом уже про интеллигенцию, рабочих, крестьянство...
Здесь Вы можете оставить свой комментарий к данной статье. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке