Молитва веры

Несколько коротких историй

Я приехала в Калугу вечерней электричкой и опоздала на последний автобус в Оптину. Позвонила духовнику, и он помог: через полчаса к автовокзалу подъехали его чада, муж с женой, у которых я и заночевала. Встречали меня, совершенно незнакомого человека, как дорогого гостя.

После первой встречи мы продолжали общаться, они приезжали ко мне домой. За время нашего знакомства я узнала эту семью близко, узнала об их непростой и очень интересной жизни. Они разрешили мне записать свои истории, изменив имена.

Мамина родня

Екатерина родилась в селе Татаюрте в Дагестане, у неё есть сестра-близнец Надежда и младшая сестра Людмила. Мама у них русская, её деды и прадеды когда-то жили в станице Александрийской. Это была одна из чисто русских станиц у Каспийского моря, где веками жили терские казаки.

Прадедушка, станичный атаман, владел конным и рыболовным заводами, мельницей. Рабочие его очень любили. Бабушка Екатерины, Лидия, была старшей дочерью в семье. Для всех дочерей готовилось приданое, каждая носила серьги с бриллиантами и хранила шкатулочку с драгоценностями. Когда началась гражданская война, красноармейцы утопили богатых станичников на корабле. Среди них были и прадедушка с прабабушкой.

Бабушка Лидия, которой в то время исполнилось двенадцать лет, спрятала семейные драгоценности. Их так и не нашли, но всё, что смогли, забрали.

Младшая сестрёнка бабушки, двухлетняя Даша, играла в песочке. В ушах ребёнка поблёскивали бриллиантовые серьги. В это время мимо проезжали красноармейцы, и Лидия увидела, как один выхватил саблю, а второй отстранил руку, занесённую для удара, – пожалел ребёнка – и просто вырвал серёжки, порвав мочки.

Много лет спустя маленькая Катя спросит у бабы Даши:

– Бабушка, а почему у тебя ушки порваны?

А когда Катя вырастет и поступит в медицинское училище в Кизляре, в 1972 году её вызовут в «органы», и сотрудники ОБХСС будут допрашивать студентку-отличницу:

– А не рассказывала ли тебе твоя бабушка, где спрятаны сокровища вашей семьи?

Папина родня

У папы в родне были кумыки и ногайцы. Он не стал регистрировать брак с русской – как позднее узнала мама, у него уже была жена-кумычка. Водитель по профессии, отец, видимо, и в других городах имел «жён», тем более что местные законы, сурово хранящие целомудрие женщин, к мужчинам относятся снисходительно и негласно разрешают многожёнство.

Родители у отца умерли: мама при родах, папа вскоре после мамы; жив был только дед. Он жил в горном ауле. В то время русские женщины в Дагестане вели себя по местным обычаям: носили платок и одежду с длинными рукавами, опускали голову, если навстречу шёл мужчина. В Татаюрте, где было много русских, женщины могли выходить на работу, в магазин без мужского сопровождения, а в горах женщина одна не выходила даже за калитку.

Мама соблюдала местные обычаи. Была она женщиной очень красивой, но скромной, одевалась строго, вкусно готовила, и дед принял её и признал внучек, правда, звал их по-своему: Катю – Кумсияит, Надю – Назифа, а Людмилу – Лайла. Поездки к деду в горный аул девочки запомнили на всю жизнь и даже научились от него языку.

Традиции гостеприимства

В памяти осталось традиционное горское гостеприимство. В горах путник подвергался опасности замёрзнуть, даже погибнуть, но он знал: если доберётся до ближайшего жилья, его встретят как дорогого гостя. В горских домах даже держали специальные шубы для гостей, чтобы те могли согреться с дороги.

В Татаюрте жили люди многих национальностей – у Кати в классе были русские, кумыки, ногайцы, чеченцы, немцы. Помогали друг другу во всём. Принято было угощать соседей. Сготовит мама хинкал и угощает всех. И их тоже все соседи угощают.

Много лет спустя, когда переехали в Россию, мама на следующий после переезда день так же приготовила хинкал и постучала в дверь соседям. Соседка выглянула, очень удивилась:

– Нам ничего не нужно! И ничего нам больше не носите!

И – захлопнула дверь. Катя утешала расстроенную маму:

– Мамочка, это большой город! Здесь не принято угощать незнакомых людей!

Как Надю окрестили

Когда близнецам было три года, Надя тяжело заболела. Положили ребёнка в больницу, а там у неё после укола начался абсцесс. Гной, температура. Отправили Надю с мамой в районный центр, в Хасавюрт. Но и там девочке не стало лучше, она уже отказывалась от еды. Начался сепсис.

И врач попросил маму забрать дочку домой:

– Она у вас всё равно умрёт, везите уж домой. Зачем вы нам будете показатели портить? Сами подумайте: и вам пользы нет, и нам один вред… Везите-везите! Видите ведь: мы старались, лечили, но не помогло…

И мама, завернув ребёнка в одеяльце, понесла легкую, ставшую невесомой дочку на автобус. У автовокзала встретила одну верующую старушку, и та, расспросив заплаканную женщину, решительно сказала:

– Окрестить нужно ребёнка! Иди в храм! Прямо сейчас иди! Ни минуты не теряй!

– Так как же я пойду… У меня муж мусульманин. Он хоть и не особо верующий… Но узнает – убьёт!

– Тебе что важнее: жизнь ребёнка или гнев мужа?!

И мама понесла умирающую Надю в православный храм, единственный в Хасавюрте. Священник сразу же понял, что жизнь в девочке еле теплится, и тут же окрестил её.

Выходит мама с ребёнком на руках из храма, а им бабушки говорят:

– С праздником! Христос воскресе! Пасха ведь нынче!

И кто-то им яйца крашеные протягивает – поздравляет с Пасхой.

Сели они в автобус, едут домой, а у мамы слёзы текут ручьём, она ничего от слёз не видит, одна дума: доченька умирает. Вдруг ребёнок начал в одеяле трепыхаться. Мать испугалась: неужели агония началась?! А Наденька из одеяла выглядывает, и глазки у неё – живые, ясные. И просит слабеньким голосочком:

– Мамочка, кушать хочу…

А у той и припасов никаких – не до еды самой, а ребёнок уже и есть не мог. Схватилась за котомку, а там яйца пасхальные. Очистила дрожащими руками яйцо, положила кусочек в ротик дочурке, та пожевала, проглотила. И просит:

– Ещё, мамочка… только с солью…

Мама кое-как до дому доехала, вбегает с Наденькой на руках в дом и кричит страшным голосом:

– Соль, соль! Скорее дайте соль!

Вот так безнадёжная Надя выздоровела. Потом, спустя годы, сама мама вспоминала с улыбкой: ведь так переволновалась, что не молоко для ребёнка, не кашу просить стала, а соль – яйцо посолить…

Детство

Катя и Надя росли, учились в школе. Помогали маме по хозяйству: у них был огород, куры, бараны. Папа не пил, не курил, но был очень злой, крутого нрава. Сёстры так боялись отца, что маленькими, в отсутствие мамы, заслышав его шаги, прятались под кровать.

Мама никогда не спорила с папой, поперёк слова не говорила. Терпела, даже узнав про жену-кумычку. Терпела, потому что по местным обычаям, если муж бросает жену с детьми, она считается виноватой и к её дочерям никто не придёт свататься. А если и посватаются, то те, за кого никто замуж не идёт, либо разведённые. Мама осмелилась расстаться с отцом, только когда дочери выросли, получили образование и уехали из дома.

Татаюрт

Вокруг села Татаюрт земля – глина, на солнце она лопается кусками. А на потрескавшейся от жары глине, как испарина, выступает соль. Называется такая земля солончак. На ней почти ничего не растёт, только верблюжья колючка и кустарник перекати-поле. Летом он зелёный, а осенью отрывается под корень и катится по земле шариком невесомым. Ни дров, ни угля; насобирают перекати-поле, а он горит как бумага. Из деревьев росли тополя, высокие, как пирамиды, ствол – просто огромный.

В самом селе, где огороды поливали из канала Дзержинки, росло всё: черешня, яблони, вишни, персики, дичка-абрикос, виноград. Выращивали помидоры, огурцы, арбузы. В канале вода, как в Тереке, а в Тереке – непрозрачная, чёрная – иловая.

Ребятишки искупаются – ил в волосах, расчёска не берёт. После купания бежали к трубе, из неё текла вода артезианская, и смывали с себя грязь. Там же брали питьевую воду. Воду называли артезианской, а запах у неё – сероводородный, и была она не очень холодная, не ледяная.

Как сёстры друг друга спасали

В школе на уроках труда точили мотыги и лопаты и шли на приусадебный участок рядом с каналом. После работы купались тут же, в канале. Как-то раз Катя с Надей заплыли в место, где канал поворачивает, а там – водовороты. Начали они тонуть. Потом вспоминали, что у обеих – вся их прошедшая коротенькая жизнь перед глазами промелькнула. И обе представили в этот страшный момент одну картину: вот они утонули, и стоят два гробика, и мама рыдает. И у обеих одна мысль: пусть хоть другая выживет маме в утешение. И сёстры пытались вытолкнуть одна другую на безопасное место, и ни одна спастись из-за этого не могла.

А одноклассники думают: играют сестрёнки, дурачатся. Только когда обе скрылись под водой, поняли, что дело неладно. Мальчишки бросились в воду и вытащили обеих на берег. Они пришли в себя и спрашивают друг друга:

– Я тебя выталкивала, что же ты не спасалась?!

– Как же я тебя брошу?! Я тебя выталкивала, чтобы ты спаслась!

Младшая сестра

Маленькой сестрёнке Людочке было четыре месяца. Как-то мама сидела на кровати и кормила ребёнка грудью. Вдруг в дверь вошёл приехавший брат отца. Мама тут же застегнула платье и встала перед мужчиной. Он велел ей сходить к соседям и спросить о покупке барана, и мама, оставив ребёнка на кровати, пошла к соседям. Она думала, что брат побудет в комнате, а он тоже вышел, не обратив внимания на младенца.

Девочка была спелёнута и лежала вдоль высокой кровати. Как она смогла быстро придвинуться к краю и упасть? Когда мама прибежала, Людочка была на полу и громко кричала от боли. Оказалось, она повредила позвоночник и ногу. Медицинская помощь в селе в то время находилась на низком уровне, и медики ничего не определили. Лишь позднее мама заметила, что ребёнок не может опираться на одну ножку.

Вот такое несчастье случилось с младшей сестрой. Девочка выросла умная и красивая, с роскошными длинными волосами, но с горбиком, и одна нога короче другой.

Пойдёт она со старшими сёстрами гулять, увидит сверстников, глазёнки загорятся: хочется ей поиграть с ними, подружек себе найти. Но никто не хотел играть с малышкой, дети дразнили её ведьмой: длинные волосы, горб, палка в руках. И Катя с Надей защищали сестрёнку.

Как-то раз, ещё в детстве, Людочка спросила у Кати:

– А когда я умру, там, в загробной жизни, я буду нормальная или такая же уродка, как сейчас?

И у Кати перехватило дыхание, она не смогла ничего ответить. А Люда сказала:

– Ничего, не переживай из-за меня… Кто знает, почему я – такая? И кто знает, что бы со мной стало, если бы я была здорова?

Людмила выросла очень умным и добрым человеком, окончила университет в Махачкале по специальности «математика-информатика» с красным дипломом, занимала первое место в турнирах по шахматам среди женщин в Дагестане.

Мирская грязь не коснулась её. Она учила детей в школе, работала библиотекарем. К вере пришла уже зрелым человеком.

Как Людмила стала верующей

Младшая сестра выросла человеком цельным. Такая уж если поверит, то всей душой. Долгие годы Люда была неверующей, и пришла она к вере очень необычно.

В их доме водопроводная система была самодельная: шланг с водой вёл к умывальнику и прочим удобствам. Как-то утром мама пошла в ванную. Ещё как следует не проснувшись, крутит кран. И в этот момент тяжёлый шланг срывается, и поток ледяной воды окатывает пожилую женщину с ног до головы. Шланг крутится, вода под напором бьёт, мама очень пугается.

Когда Люда прибежала на её крик, перекрыла воду, мама была не в себе. Показывает на мешок с мукой в прихожей:

– Что это?

– Мешок с мукой, мамочка.

Показывает на канистру с водой:

– А это что?

– Канистра, мамочка.

Мама снова на муку:

– А это что?

После того как она несколько раз одни и те же вопросы задала, Люда испугалась. А маме ещё хуже стало: начала она смеяться, прямо-таки хохотать. Хохочет каким-то диким смехом, так что у Людмилы мурашки по коже бегают. Жили они с мамой вдвоём, были очень близки друг другу, и вот такое несчастье… Придёт ли мамочка в себя? А если так и сойдёт с ума? Накапала ей успокоительное.

Время идёт, час, два, а маме лучше не становится, она не приходит в себя и только хохочет диким смехом как сумасшедшая. То ли скорую вызывать, то ли за соседями бежать… А помогут ли? Вдруг ещё хуже станет… Люда знала случаи, когда от испуга люди теряли рассудок навсегда.

Отвела маму в спальню, положила на кровать, а когда та забылась в каком-то бреду, Люда побежала на кухню. У них в кухне стояли две самодельные иконочки, вырезанные то ли из газеты, то ли из журнала. Настоящие иконы в то время достать трудно было, так мама сама их сделала.

И вот Людмила встаёт на колени прямо здесь, на кухне, на ледяной пол, и начинает молиться:

– Господи, прости меня, я никогда не молилась и никогда не была верующим человеком. Прости меня, пожалуйста, что я так неблагородно поступаю: обращаюсь к Тебе только когда у меня случилось несчастье. Пожалуйста, прости.

Я просто не верила в то, что Ты есть… Если Ты есть, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, помоги мне! Исцели мою мамочку! Она самый близкий мне человек на всём белом свете! Ты ведь знаешь, Господи, что я инвалид… Уродка… У меня горб. И я не могу ходить без палочки. И у меня нет никого кроме мамы. И я никогда не роптала на свою судьбу, Господи! Принимала всё без ропота… Но прошу Тебя, если Ты только есть, не лишай меня моей мамы! Пусть она не сойдёт с ума, пусть останется в здравом рассудке!

А если Ты мне поможешь, то обещаю, что буду всегда в Тебя верить! И буду молиться Тебе! Смилуйся, Господи, и помоги мне! Прости моё неверие и дай мне веру!

Так она молилась и плакала на коленях на холодном полу. А потом услышала голос мамы. Медленно пошла в спальню и увидела, что мама проснулась, что она стала прежней. Никаких следов помешательства больше не было, и мама даже не помнила, как испугалась и как странно вела себя несколько часов назад.

А Людмила стала глубоко верующим человеком. Сейчас она трудится в калужском храме за свечным ящиком.

Как Катя пришла к вере

Катерина пришла к вере в трудную минуту, как и её младшая сестра.

Работала Катя фельдшером в военном городке, там познакомилась с молодым офицером, который стал её любимым мужем. Родилась дочка, хлопоты семейные, остановиться некогда. Забеременела второй раз.

А у неё была соседка бездетная. И вот повадилась эта соседка ходить к Кате в гости. Придёт и каждый раз гладит её по животу:

– Как там малыш поживает?

А у самой глаза злые-презлые. Катя уже и не рада, что поделилась, рассказала, что ребёночка ждёт. Очень ей не нравились эти чужие прикосновения к её животику, который ещё и не виден был совсем – шёл четвёртый месяц беременности.

Как-то пирог собралась постряпать. Старшая дочка с бабушкой, а Катя на кухне возится. Заходит соседка. Только Катя стала пирог ставить в духовку, наклонилась с противнем в руках, а та опять её по животу гладит:

– Как малыш поживает?

Сама улыбается широко, а глаза как обычно – злые-презлые.

Катя просит:

– Пожалуйста, не трогай меня. Я ведь уже говорила, что мне не нравятся твои поглаживания.

Поднимается от плиты и чувствует: у неё кровотечение началось. Испугалась. Соседка тут же отправилась восвояси, а Катя мужу стала звонить. Муж быстро прибежал, повёз её в больницу.

В больнице сразу же предложили аборт – кровотечение сильное. А у Кати в голове одна мысль: живой ребёночек, нельзя убивать. В то время УЗИ не было; положили молодую женщину на сохранение. Назначили уколы. Кровотечение меньше стало, но до конца не прекращается.

И вот лежит она неделю на сохранении, лежит вторую, и врач ей каждый день предлагает аборт сделать, а Катя каждый день отказывается. Женщины в палате вслух между собой рассуждают:

– Я вот знаю случай, такое же кровотечение было, так потом ребёночек-то без руки родился!

– Ага! Я вот тоже слышала про такое, так младенец и без ножек был!

Катя укроется с головой одеялом, чтобы не слышать, а сама плачет. И молится день и ночь:

– Господи, помоги! Господи, защити! Ты создал всё вокруг, Ты – Творец Вселенной! Что Тебе стоит, Господи, сохранить мне моего ребёночка?! Он такой крошечный, Господи, я так ждала его, пускай он родится здоровеньким! Смилуйся над нами, помоги! Я раньше никогда не молилась, Господи, но, если Ты есть, помоги мне, и я всегда буду верить в Тебя, буду молиться и ходить в церковь!

И вот как-то врач приходит на осмотр и Кате заявляет:

– Всё, голубушка, или мы тебя чистим, или пиши расписку и домой отправляйся!

А Катя в этот день почувствовала: ребёночек зашевелился – живой, значит!

И она написала расписку и поехала с мужем домой. Едет и думает: если дома кровотечение не прекратится, нужно будет возвращаться в больницу и делать, что врач советует. Приезжают домой, а кровотечение полностью прекратилось, и беременность до самого конца протекала абсолютно нормально. В срок Катя родила здоровую доченьку.

Сейчас её дочка – матушка, жена священника, мать двоих детей. А Катя – глубоко верующий человек, ездит по выходным в Оптину, окормляется у оптинского духовника.

Молитва Веры

Жива в добром здравии и мама трёх сестёр. Ей уже под девяносто, и зовут её Вера (это имя мы менять не стали). Несмотря на почтенный возраст, она не только выполняет большое, почти монашеское молитвенное правило, но и молится за всех, кто записан в её синодике. А записаны там многие люди, не только родные, но и дальние, просто те, кто нуждается в молитвенной помощи. Иногда Катя просит маму:

– Мамочка, отдохни, поспи подольше!

Но мама отвечает:

– Что ты дочка, я ещё не успела помолиться… А ведь люди ждут молитвы…

Ольга Рожнёва

7 февраля 2013 г.

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • В четверг — лучшие тематические подборки, истории читателей портала, новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту
Смотри также
Аристократ. Рассказ Аристократ. Рассказ
Александр Сегень
Аристократ. Рассказ Аристократ
Рассказ
Александр Сегень
Перед уходом гости пили чай. Дед Артемий наливал в него остатки своего коньяка и так услаждался. Уходя, он обычно застывал перед бабушкиными иконами в красном углу: «Так и подмывает машинально перекреститься. Клавдия, сними ты их, сколько раз я тебе говорил!»
Отец Иона и тысяча рублей Отец Иона и тысяча рублей
Алексей Гунькин
Отец Иона и тысяча рублей Отец Иона и тысяча рублей
Алексей Гунькин
Матушка дожидалась меня у корпуса, и я поделился: отец Иона из-за меня опоздал на всенощную – всё истории рассказывал. «Ну, теперь смотри: эти истории потом случаются на самом деле!» – ответила она.
Время отдавать долги Время отдавать долги
Ольга Рожнёва
Время отдавать долги Время отдавать долги
Рассказ
Ольга Рожнёва
– Срочно приезжай. Твоя мама в больнице. Инсульт. Её парализовало. Нужно ухаживать. Спешные сборы, поезд «Москва-Пермь», меня встречают мои дети, и вот мы с сыном едем по ночной дороге в Нижний Тагил. К маме.
Комментарии
Инна12 января 2014, 16:00
Слава Богу за все!Спасибо за рассказ.
Ксения 9 июня 2013, 07:00
Спасибо вам. Божией помощи в трудах.
lyudmila.toll 4 марта 2013, 06:00
спаси вас Господи за рассказ без слез не прочитать а ведь это просто жизнь а мужчины не только другой веры а и русские--- безбожники ни чуть не отличаются от иноверцев проверено много лет тому назад на своем опыте,Слава БОгу что в прошлом.
Точка с запятой10 февраля 2013, 23:00
Потрясающая быль. Читал со слезами. Еще и от того что у моих предков судьба такая что можно такой же рассказ написать, да когда бабушка жива была не думали записывать, а умерла - поздно стало, остались только обрывки детских воспоминаний ее и частично отца рассказов которые без слез слушать было не возможно. С украины бежали от гражданской в Среднюю Азию, там русских начали вырезать, потом Северный Казахстан. Два голода 1933 и после войны, да и вовремя войны лебеду да ежиков жарили и ели. Братика маленького в гражданскую уж не знаю кто белые ли красные взяли за ножки и об столб убили. Всех мужчин ВО война забрала. Все было и секли нагайкой за колоски. И по доносу два раза забирали, но отпускали. Народ наш страдалец, Богом любимый. А кавказцев судить нечего, это суровые люди и кто с ними жил тот тоже не слизняк, это мы кисейные все ноем, всего боимся. Кавказ это мерило нашей духовности потеряем веру и дух тогда хана. А у нас проблемы? Дорожает ЖКХ.
р.Б.Василий10 февраля 2013, 22:00
Спаси Вас Господи,Ольга!
Оксана 9 февраля 2013, 04:00
Большое спасибо!СЛАВА БОГУ ЗА ВСЕ!
Елена 8 февраля 2013, 23:00
Спасибо вам,Олечка
Наталья 8 февраля 2013, 23:00
Спаси Господи. Спасибо Вам,Ольга,за Ваши чудесные истории,простые,искренние,жизнеутверждаюшие. Со слезами дочитываю,но потом легко и светло на душе. Продолжайте радовать нас,пожалуйста.
Людмила 8 февраля 2013, 23:00
Ольга, спасибо большое за ваши рассказы!
Сергей Владимирович 8 февраля 2013, 16:00
Рассказ хороший. Показывает истинный менталитет кавказцев. В мире жить можно, но связывать личную жизнь лучше с кем то из своего народа.
Неонилла 8 февраля 2013, 12:00
СЛАВА БОГУ ЗА ВСЕ! Спаси Господи, Ольги, за Ваши чудесные рассказы, трогательно до слез. Жду с нетерпением Ваших новых историй. Подай, Бог, Вам и всем Вашим близким доброго здравия.
Oksana 8 февраля 2013, 00:00
Bez slez vashi rasskazy chitat' ne mogu. Kak krasivo vy videte lyudey i delites' s nami takimi raznymi! Dar Bozhiy !! Vsegda zhdu vashix rasskozov. Slava Bogu !!! Spasi Vas Gospodi, Olga!!! Slava Bogu !!!
Дима 7 февраля 2013, 23:00
Дочитал со слезами, умилительно
Руслан 7 февраля 2013, 19:00
Всегда остается огревающие добро в сердце после прочтения !!! Спасибо за рассказы.
галина 7 февраля 2013, 19:00
читала и плакала.вот это судьбы!только попроси и господь всегда поможет!слава богу,мы приходим к вере,рано или поздно.
Дионисий 7 февраля 2013, 15:00
Большое спасибо!
Нина 7 февраля 2013, 12:00
Спасибо!Дай,Господь Вам,Ольга,здоровье,молитву и вдохновение!Такие вещи,как Ваши рассказы укрепляют веру,заставляют вставать и снова идти вперед,ко Христу.
магдалена 7 февраля 2013, 12:00
светлые чувства вызывают бесхитросные слова в притчах олечки!умница!спасибо.храни тебя Господь!
Вера 7 февраля 2013, 11:00
Спаси Господи и низкий поклон автору за её рассказы-были!
Здесь Вы можете оставить свой комментарий к данной статье. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке