Благочестивые истории: Приходские хроники

Автор учился иконописи в Псково-Печерской Успенской обители, сценарному ремеслу во ВГИКе, а жизни – на приходах Тверской и Псковской епархий, где в 80-х служил сторожем, чтецом, просфорником, дворником и т.п.

С тех пор он снял около 80 документальных фильмов, создал иконописную мастерскую в Сретенском монастыре, воспитанники которой расписали более 18 храмов в России, Польше, Сербии, на Украине…

Совмещая росписи храмов с работой в кино, прозе и театре, начал делиться воспоминаниями, в цикле коротких историй.

Фото: Геннадий Михеев
Фото: Геннадий Михеев
                

Праздник для кота

Случилось это на погосте Шаблыкино Тверской епархии. Был у отца Василия кот, звали его Шарфик. Черный как смоль, а вокруг шеи, действительно, виднелась белая полоска, словно шарф. Голос у Шарфика был очень тоненький,  – незнакомый человек оглядывался, надеясь увидеть маленького котенка, а вместо этого видел хитрую физиономию огромного поповского кота. Больше всего на свете Шарфик любил поесть. Правда, отец Василий заставлял жить своего питомца строго по уставу – во время поста ему не давалось ни молока, ни мяса. За это время Шарфик худел в два раза, зато потом возвращался в свою упитанную форму за Светлую Седмицу.

Как-то раз Успенским постом залез Шарфик в кладовку к соседям и наелся вдоволь чужой сметаны. Он был застигнут хозяевами врасплох и схвачен жестоко за хвост. От страха он так рванулся, что остался без хвоста. Дней десять сидел в углу мрачно, не пил, не ел, а потом повеселел и без хвоста стал еще более живым и привлекательным.  

Однажды отцу Василию подарили Рождественским постом баранью ногу. А жили мы тогда, в середине 80-х годов, весьма скудно. Приход был глухой, такие называли тогда «уход», потому что там служили только одну требу – отпевание. Очень часто у нас не было денег даже на хлеб, поэтому варили супчик из картошки с капустой, и всё. Так что баранья нога – это было целое достояние.
Целый месяц ждал о. Василий того момента, когда он сможет сию ногу начесночить, нашафранить, наперчить, да в русскую печь поставить. И вот момент настал. Отправляясь на Рождественскую службу, он принес ногу в дом и положил ее на стол, чтобы та растаяла. А после службы, открыв дверь на кухню, с удивлением обнаружил, что ноги на столе нет.

Окна-двери были целы, через замочную скважину воры проникнуть не могли, но ноги-то не было. Уж не бесы ли шутят? – подумал отец Василий и в это время услышал странное кряхтение, доносившееся из угла. Там, возле печи, имелся довольно большой лаз – для кота. Подпол на кухне низкий, всего сантиметров 20, а лаз нужен был для того, чтобы кот мог зимой ходить туда по нужде.

Отец Василий обернулся на звук и увидел, что в лазе застряла баранья нога, а Шарфик с другой стороны пытался ее затянуть под пол. И тут о. Василий совершил роковую ошибку. Он топнул громко своим сапогом, Шарфик от страха дернулся изо всех сил, и баранья нога навсегда исчезла под полом.
Пришлось батюшке разговляться капустой да картошкой.

Несколько дней кот не показывал носа. А когда, наконец, вылез, – толстый, сытый и довольный, – настоятельский гнев уже прошел, и он был наказан только словесно.
Так отпраздновал Рождество протоиерейский кот Шарфик.

Чудо

В середине 80-х годов в Питере я познакомился с одной старушкой. Звали ее Александра Ивановна. Она была духовной дочерью митрополита Вениамина (Федченкова), рассказывала о нем много любопытного, но речь сегодня не о том.
Александра Ивановна вспоминала, что от рождения она не могла ходить. Ее отец был железнодорожным инженером, человеком в дореволюционной России весьма состоятельным. Он показывал ее лучшим докторам, в том числе и заграничным. Те только разводили руками – не могли определить, что за болезнь, а значит, и помочь были не в состоянии.

Ее мама была очень набожной, поэтому все время носила дочь в храм. А поскольку из-за профессии отца им приходилось менять место жительства, то они часто посещали храмы, где хранились мощи разных святых.

Александре было лет пять или больше, когда они поселились в Иркутске. Мать по обычаю принесла дочь в кафедральный собор, оставила сидеть на скамье, а сама встала на колени перед гробницей святителя Иннокентия Иркутского и горько плакала.

Александра Ивановна рассказывала, что ей стало так жалко маму, так жалко, что она ... сама встала со скамейки и пошла к ней, чтобы ее утешить.

С тех пор ноги ее были всегда крепкими. При нашей встрече ей было далеко за 80, а она ходила легко и свободно, без всякого старческого шарканья.

Фото: Геннадий Михеев
Фото: Геннадий Михеев
                  

Сила молитвы

А вот еще одна поучительная история из приходской Шаблыкинской жизни.

Случилось так, что за лето мы перекрыли крышу трапезной части нашего храма, переложили печи в алтаре и в доме, в результате чего церковная казна оказалась совершенно пуста. Больших праздников впереди не предвиделось, чтобы надеяться на денежные поступления, и мы с о. Василием слегка приуныли. После нескольких дней сплошного картофелеедения наши силы поубавились, а в животе, казалось, выли волки.

«Будем молиться!» – решительно сказал настоятель, и мы стали добавлять к обычному утреннему правилу акафист и канон св. Николаю.

Так прошло две недели, и вот однажды на службе появилась женщина средних лет в сопровождении молодого человека. Подходя к кресту, она сказала, что её сын служил в Афганистане, и она дала обет: если он вернется живым, то отдаст все свои сбережения самой бедной церкви Тверской епархии. Сын пришел с войны невредимым, и она поехала в епархиальное управление, чтобы узнать: какой приход самый бедный. Ей указали на наш храм.

Женщина пожертвовала 500 рублей (большие деньги по тем временам), и мы были спасены от голода и нужды.

Мы продолжали читать акафист св. Николаю. Еще через несколько дней приехали две сестры-старушки из Торжка, где раньше служил о. Василий. Они услышали, что батюшка затеял ремонт и решили пожертвовать все свои сбережения.
Ну, после этого жизнь совсем наладилась. Еще некоторое время по инерции читали акафист, но потом оставили сие занятие.

После этого у нас почему-то начались с настоятелем трения, хотя раньше были мир и дружба. О. Василий решил зачем-то выбить из меня столичный богемный дух. Делал он это довольно суровыми методами, так что через несколько месяцев я вынужден был покинуть Шаблыкино.
Теперь вот думаю: может, напрасно мы перестали молиться св. Николаю?

Владыка милостивый

Митрополита Иоанна (Разумова) Псковского все называли милостивым. И было за что. Епархия в советские годы была самой, наверное, бедной в Русской Церкви. Священники жили не просто бедно, а хуже нищих. О. Никита рассказывал, что было лето, когда у него на приходе в Боровике обитало 10 человек, и все питались почти одними только грибами: на завтрак грибы жареные, на обед суп грибной, на ужин грибы с картошкой, и всё. Денег на то, чтобы купить хлеба, не было. А зимой сидели они у окна с дьяконом Виктором голодные, и отец дьякон, задумчиво глядя на метель, изрек: «Хоть бы покойника принесли...» В том смысле, что на отпевание хотя бы хлеба буханку бабушки принесут, или пряников мятных. Но отпевать в славном месте Боровик было некого, потому что все давно уже умерли.

Владыка Иоанн, конечно, знал про эту нужду, он был монах дореволюционного пострига, пережил и повидал много. Когда священники приходили к нему, то он всегда опускал свою большую руку в ящик письменного стола, извлекал оттуда купюру, не глядя, и когда благословлял, давал приходящему кому три рубля, кому пять, а кому червонец. Священники знали это и иногда специально возвращались в епархию второй раз за один день, говоря при этом: «Совсем забыл, владыко...» И в руку их снова опускались купюры от щедрот митрополичьих.

Однажды мы с о. Романом М. оказались в Пскове без гроша в кармане. Было не на что даже вернуться на приход. Все знакомые на звонки отчего-то не отвечали.

«Ничего, – оптимистично сказал о. Роман. – Пойдем к владыке, он не обидит...»

А время уже было вечернее. Пришли мы в епархию, секретарь пустил нас к митрополиту. Поговорили о том, о сём (говорить-то было на самом деле не о чем), потом засобирались уходить. Владыка долго, минут пять, сидел за столом, не вставая. Видно было, как он искал нужное в ящике. Потом откинулся, произнес растерянно: «Ничего нет, все попы разобрали».

Мы попрощались с владыкой и пошли ночевать на вокзал.

Щедрой души был владыка Иоанн!

Фото: Геннадий Михеев
Фото: Геннадий Михеев
                  

Исаич

Нет, речь пойдет не о знаменитом Солженицыне, а о простом великолуцком нищем – Иване Исаиче. Происходил он из старообрядцев, а побирался возле нашего храма. Ходил всегда в длинном пальто нараспашку, с кривой палкой в руке, с копной никогда не мытых волос на голове и со всклоченной бородой. Глаза у него были круглые, слегка безумные. Он чем-то походил на пророков с фресок Феофана Грека. Я любил посидеть с ним на завалинке, побеседовать на разные темы. Настроен он был весьма эсхатологически, говорил, что скоро конец всему, а потому работать не надо, жениться не надо, даже в церковь ходить не надо. «А церковь-то тут при чем?» – спрашивал я его. «Потому что везде анчихрист!» – переходил на шепот Исаич, и глаза его от страха, казалось, вот-вот вывалятся из орбит.

Он был не просто побирушка, а в некотором роде философ. На вопрос: «Где ты живешь?» – он отвечал загадочно: «Нигде! И везде!..»

Прихожане говорили, что его время от времени забирали в психушку, –например, за то, что однажды он залез на постамент памятника Ленину, и оттуда обличал советскую власть.
Я всегда делился с ним тем, что оставляли в храме прихожане. Однажды, не глядя, дал ему какой-то кулек и пошел домой.

А через час постучался в дверь Исаич, весь в слезах. «Ты знаешь, что ты мне дал?» – спрашивал он, плача. Я терялся в догадках: может, денег кучу или яства какие-то особенные? Исаич не стал мне говорить, а просто протянул записку, в которой каллиграфическим почерком было написано: «Ты дал мне три луковички».
Чем запали Исаичу в сердце эти луковички, я не знаю, но с тех пор он стал почитать меня особо. Всегда помогал до дому корзинку донести, а если встречал в городе, то радостно размахивал своим кривым посохом и кричал: «Володя! Три луковички! Я помню!..»
И я почему-то всегда помню Исаича и молюсь за него.

Церковь и комсомольская стройка

Был у меня друг священник о. Владимир Р. Был он человек ревностный и горячий, за восемь лет священства поменял двадцать пять приходов и четыре епархии. Мы познакомились с ним в храме села Родового, когда о. Роман перешел в другое место. Отслужил он у нас всего одну службу, потому что отказался отпевать человека, который в церковь никогда не ходил. Староста и члены двадцатки возмутились, и на следующей службе о. Владимира уже не было. Однако мы успели подружиться, поскольку и у него, и у меня был один духовный отец в Питере – блаженной памяти о. Александр Козлов.
Я всегда ночевал у него во Пскове, а он посещал меня в местах, где я псаломничал.

Было дело – прислуживал я в Псковском кафедральном соборе. Послушание от архиерея было простое – кадило раздувать, чтобы не погасло, и подавать его вовремя. Однажды я получил серьезное предупреждение: кадило погасло на середине храма во время архиерейского каждения. Хор вдруг замолк, наступила непонятная пауза в службе, и тут раздался поставленный баритон владыки: «Господа пономари! Если еще раз погаснет во время службы кадило, то я высыплю угли на ваши головы!» Послание это было обращено исключительно ко мне.

Но я, конечно, не ограничивался кадилом, еще помогал читать и петь на клиросе, пособлял другим братьям выносить ковры на улицу на просушку, потому что из-за плохой гидроизоляции в алтаре всегда стояли лужи, а владыка мокрых ковров не терпел. И еще много разных дел было.

Приходит как-то о. Владимир и говорит: «Чего это ты так плохо выглядишь? Поехали лучше ко мне, в баньке попаримся!» Я начинаю перечислять, что мне нужно еще сегодня сделать, а он меня прерывает: «Слушай, какое послушание дал тебе владыка, когда принимал на службу в собор?» «Быть кадиловозжигателем». «Вот и разжигай свое кадило, а ковры пусть трясут те, кому положено. Запомни, брат, церковь - это не комсомольская стройка, и энтузиазм здесь неуместен».

Много лет прошло с тех пор, давно я не был во Пскове и не видел о. Владимира, а слова его не забыл...

Как я краденое скупал

В моей церковной жизни было много историй не очень приятных, но вполне поучительных.

Как-то раз в псковском соборе ко мне в колокольню, где я обитал, постучала женщина со свечного ящика. «Там пришел молодой человек, предлагает крест и Евангелие. Может, ты купишь?»

Пошел я в собор. У свечного ящика крутился юноша со странной прической. «Пятьсот рублей, – сразу выпалил он, – и не рубля меньше!» Как будто я собирался с ним торговаться.

Евангелие и крест были явно церковными, напрестольными. Исторической ценности они не имели, были произведены в Софринских мастерских. Я спросил, откуда они? «От дедушки! – от чего-то нервничал "продавец". – Если не хотите, я в другой храм отнесу»

«Неси», – равнодушно ответил я и повернулся, чтобы идти прочь.

«Сколько это стоит?» – бросился вслед за мной юноша. «Рублей сто, не больше». «Хорошо, я согласен».

Я занял на свечном ящике сто рублей, юноша схватил их и тут же исчез. Внутри меня осталось неприятное чувство, но я подавил его и пошел в колокольню за деньгами.

А когда вернулся, то застал у ящика и старосту, и казначея, и прочих начальствующих. Все были в панике.

Оказывается, за время моего отсутствия позвонили из епархии и сказали, что среди бела дня ограблен храм в Завеличье, украдены ... напрестольные крест и Евангелие. Пока священник вышел служить панихиду, кто-то пробрался в алтарь и прямо с престола стащил святыни.

На следующий день приехал владыка со всем псковским духовенством. Он сказал речь о том, что надо быть бдительными, а потом пересказал историю похищения и «обретения» святынь. «Вот епархия! – засмеялся он в конце своей речи, – в одном храме воруют, а в другом – скупают краденое!..»

И ... выписал мне премию в сто рублей. За бдительность, так сказать.

Года через два меня вызывали в славный город Томск свидетелем на суд по делу церковных воров. Оказывается, они действовали по всей России и обокрали немало церквей. Поймали их как раз в этом сибирском городе.

На суд я не поехал, потому как был в то время в монастыре.

Но осквернители храмов, я надеюсь, получили по заслугам.

Владимир Щербинин

12 марта 2013 г.

Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Смотри также
Три красных яблока Три красных яблока
Рассказ
Священник Димитрий Первий
Давно не был в храме Федор Савельевич. А пришел как в дом родной: и батюшка увидел – улыбнулся, и старушки радостно защебетали. Но это сначала, а началась служба – и кошки заскребли на душе. Хоть он и посвящен в пономари, а неуютно ему в алтаре, все хочется выйти куда-нибудь.
Священник в советском селе Священник в советском селе
Прот. Александр Шастин
Священник в советском селе Священник в советском селе
Протоиерей Александр Шастин
Насколько поражало знание службы! Если батюшка ошибется в чем-то, обязательно поправят. Вот прошло то время — и мы спохватились! Некоторые батюшки тогда даже обижались на это, а сейчас спохватились. Вот… раз! Сбился в службе, а спросить некого. А тогда батюшка мог любую стоящую рядом бабушку, молящуюся спросить: «так, что там дальше?» — и подскажут.
Лютый Лютый
Рассказ
Священник Ярослав Шипов
В тот год из-за борьбы с пьянством магазины водкой совершенно не торговали, и только на свадьбы, юбилеи да на поминки сельсовет продавал по два ящика. Вот эти самые ящики и стояли сейчас под столом, за который осиротевшие братья с настойчивой вежливостью приглашали присесть и меня: – Батя! Садись, помянем отца нашего родного, Дмитрия Ваныча, Царство ему небесное, пусть земля будет пухом…
25 лет на сельском приходе. Ч.1. Спас-Водога 25 лет на сельском приходе. Ч.1. Спас-Водога
Прот. Анатолий Денисов
25 лет на сельском приходе. Ч.1. Спас-Водога 25 лет на сельском приходе.
Часть 1. Спас-Водога

Протоиерей Анатолий Денисов
И пошло дело. Гробы колотим, на день рождения подарок – гроб. А что? Грибы-ягоды заготавливаем. А грибы-ягоды – это не игрушки.
Комментарии
Ира13 ноября 2017, 20:57
Владыко милостивый! Обещал угли господам пономарям на голову высыпать ПОГАСШИЕ... В назидание. А храм в Шаблыкине знаю, там батюшка Александр Бахвалов служил, чудный батюшка!..
Ирина 4 августа 2016, 07:04
Спаси Бог за добрые искренние рассказы! С удовольствием прочитала!
Ирина 1 апреля 2015, 17:07
Спасибо! Так хорошо на душе и чисто!
k29 декабря 2013, 10:44
Хороший рассказ. А вот про кота-эпизод - не совсем понятно.Значит, не надо жалеть животных, что ли? Ведь кот не человек, ему пост совсем не нужно соблюдать. Мне кажется. лучше было бы котика накормить. И тогда всем было бы хорошо, и баранью ножку съел бы человек, а не котище. И без хвоста...Ну и жестоко - так дергать. Любезность нигде не помешает, гневайтесь- но не согрешайте-такой бы хороший был рассказ с такими выводами, правда? Правильно Мария подметила, и я ее поддерживаю в этом, что пост котику совсем не на пользу, что так делать уж не стоит.А батюшка, наверное, переусердствавал, что ли- правда, ну, для чего поститься коту, если кот Богом создан как хищник? Пост- дело для православных христиан.Батюшка оригинальничал, я так поняла рассказ.
Светлана22 марта 2013, 21:39
Спасибо!
За кота - отдельное спасибо!
Помните, про кота отца Нектария Оптинского (из книги Наталии Скоробогатько)?
"Из комнаты в комнату в старческих келиях ходил неслышной поступью пушистый серый кот. Выйдет старец Нектарий – и кот за ним. Войдет – и он здесь.
Скажет ему что-нибудь батюшка – кот, словно разумный, исполнит: пойдет и сядет, где скажут, сходит в приемную или на крылечко.
Чаще же сидит у теплой печной стены и дремлет. Или, склонив голову, слушает молитвы старца.
Иной раз погладит его отец Нектарий и скажет:
- Преподобный Герасим Иорданский был великий старец, и потому у него был лев… А мы малы, и у нас – кот".
Тварь Божья много может и помочь, и вразумить, и поддержать. Любить только надо всё, что Господь даёт - и кота-ворюгу, и человека...

Ольга Баржановская19 марта 2013, 21:51
Понравились все истории, особенно "Церковь и комсомольская стройка". Оказывается и священнослужителям ничто человеческое не чуждо.Автору большое спасибо, ждем новых историй.А еще неплохо бы и с фото, думаю, есть что показать.
Людмила14 марта 2013, 15:17
Охотно верю про кота. У меня самой первый кот Рыжик был великий постник, это было в 90 годы Он никогда не ел мясо, если ему давали. Один раз моя сестра привезла мне начатую баночку каких-то грибов, я их понюхала, есть не стала и поставила в помойное ведро на выброс. Через некоторое время смотрю - мой кот стоит у ведра и с удовольствием ест эти грибы. Пришлось достать банку и положить ему в тарелку. За пару дней он съел все грибы. Еще он любил винигрет, свежие и соленые оругцы и сыр, а по утрам ел геркулесовую кашу. Что интересно, бывало спросишь его - Рыжик, будешь кашу геркулесовую? Токда сейчас сварю. Он сядет и терпеливо будет ждать когда каша сварится и остынет. Очень умный бал кот....
Сестра во Христе14 марта 2013, 14:17
Мария из Москвы,сколько злости и тупости в твоем послании.Дай Бог тебе доброты и разума.Добрей надо быть и видеть хорошее.И энергию свою надо направить на борьбу с собственными грехами.Помоги тебе Господи!
Андрей14 марта 2013, 10:13
Для Марии из Москвы.

Мария, кот, скорее всего, ел то, что ел хозяин. Этим, повидимому, и объясняется пост кота. Думаю, во время поста никто не вытаскивал из его рта пойманных мышей. Не надо делать далеко идущих выводов про младенцев на грудном вскармоивании. Батюшка жил бедно, в деревне, кошачьих разносолов типа Вискас видимо не было да и купить их было не на что. Умерьте гнев праведный...
Мария из Москвы13 марта 2013, 22:08
Какая дикость и жестокость - кота постить.Если б я о такой дикости узнала- я бы благочинному сдала такого "подвижника", не пожалела бы, а то сегодня он кота постит, а завтра чего доброго скажет женщинам, чтоб младенца по средам и пятницам молоком грудным не кормили.
И коту без хвоста не очень-то весело - он для равновесия им нужен, при ходьбе по тонким веткам при беге на крутых поворотах, и для тепла тоже важен, это не маленькая потеря.
В общем, правильно кот у него ногу баранью упер, нечего издеваться над созданиями Божиими, устроил коту голодный "пост", будет и тебе "сытый" праздник...
Во избежание соблазна - предлагаю редакторам убрать этот чудовищный фрагмент про кота.Иzemavla@yandex.
LYUDMILA13 марта 2013, 04:44
спасибо большое, понятно теперь, что значит-- Молиться!
а то я думала правило читаешь утром -вечером-- молишься
Виктория13 марта 2013, 01:31
Спаси Господи, автора :)
Анна12 марта 2013, 23:53
Замечательные рассказы, особенно про силу молитвы.
Щербинин Владимир12 марта 2013, 20:06
Николай, спасибо за добрые слова! История с оторванным хвостом - сущая правда.Что касается "постиничества" Шарфика - тоже правда. У нас в Сибири были коты, которые предпочитали скоромной пище сырой кртофель и свежие огурцы. Шрфик в начале поста отказывался есть постную пищу, но позже приходилось, поскольку ничего больше не было в доме. Грибы, конечно, он не ел, а вот хлеб и макароны - с удовольствием. Также скажу про наш подпол. Дело в том, что я в этой половине дома жил. Зимой, а точнее до самой весны, вода, если она капала на пол, тотчас замерзала. Просыпаешся, бывало, и ноги сразу в валенки, иначе можно заболеть. Так что до тепла Шарфик,вероятно, кость сию отшлифовал, поскольку впереди был еще Велкий Пост.
С уважением - автор.
Анастасия12 марта 2013, 18:15
Спасибо, мне очень понравилось!!!
Артём12 марта 2013, 16:21
«Господа пономари! Если еще раз погаснет во время службы кадило, то я высыплю угли на ваши головы!»
Крутого нрава Владыка...
Илья Николаевич12 марта 2013, 16:21
2-3 недельная диета у котов и так бывает каждый год. Батюшка ее только на другие дни переносил. А после этой диеты кот каждое (!) кормление может съедать 300 г мясных консервов. На Рождество в подполе температура может быть ниже чем в холодильнике. Да и лаз в подполье служил в целях гигиены :)

И неужели в ноге советского деревенского барана было более 4,5 кг мяса и хрящей? Вспомните советских кур, и не путайте их с современными цыплятами бройлеров.
Павел12 марта 2013, 13:01
Николаю С.
Я оставлял здесь коментарии раз уже 20 наверное, всегда печатали не позже, чем через 1-2 часа, а м.б. и раньше. Нажимайте F5 (в интернет-экплорере это команда "обновить"), когда смотрите статью, и увидите свой комент.
Николай С.12 марта 2013, 10:47
Очень понравились приходские истории. Спасибо автору. Но вынужден признать, что в повествовании о батюшкином коте он несколько увлёкся красотой повествования в ущерб исторической правде. Попробуйте оторвать коту хвост и увидите, что из этого получится – кот ведь не ящерица. Вообще-то заставлять кошку соблюдать посты – это странно, тем более для священника. Кроме того плотоядное животное в виду специфического устройства пищеварительной системы не может питаться квашенной капустой и солёными груздями – сдохнет через неделю в страшных мучениях. Сожрать баранью ногу кот и за две недели не сможет, а протухнет он через пару дней. Кошки в отличие от собак тухлятину не кушают, поэтому дня через три батюшке неизбежно пришлось бы вскрывать полы, дабы избавиться от невыносимой вони в избе. А кот не может безвылазно сидеть в подполье - он должен был ежедневно вылезать оттуда по гигиеническим соображениям.
Остальные истории весьма приятны и поучительны.
P.S. Вопрос к администрации сайта: почему комментарии публикуются через несколько дней? Это крайне неудобно.
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке

Осталось символов: 700

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
×