География антиминса

Антиминс, нарисованный тушью от руки. Подобные антиминсы изготавливались в тяжелые годы гонений на веру.
Антиминс, нарисованный тушью от руки. Подобные антиминсы изготавливались в тяжелые годы гонений на веру.
    

«Когда я хожу по русской земле – я хожу по антиминсу».

Эти слова я услышала от православного американца. Неужели надо быть американцем, чтобы по-настоящему почувствовать это? Мы, русские, ходим по земле, пропитанной кровью святых, по земле, в которой столько их останков, столько их мощей – не открытых, не обретенных! Да и не все эти святые на сей день прославлены, далеко не все. Начинаешь интересоваться вопросом, общаться с историками, читать то, что они накопали в архивах, – и понимаешь: едва ли не за каждым селом, не за каждым поруганным, разрушенным, полуразрушенным храмом твоей родной саратовской глубинки – расстрелянный или умерший в лагерях священник. Или диакон. Или староста прихода. Или просто сторож церковный. Или прибившаяся к этой церкви монахиня из монастыря, разоренного большевиками чуть ранее. Кто-то прославлен в сонме новомучеников и исповедников, кто-то вошел в Собор Саратовских святых, а кто-то, может быть, и не памятен никому и никогда уже здесь, на земле, известен не будет – только в Царстве Божием.

Но в этой статье разговор пойдет всё же о тех, кого Церковь уже прославила, – о наших святых земляках. Мы ведь земляки святых – помоги нам Бог это помнить. Насколько мы это помним? Много уже сказано и написано о том, что народной традиции почитания новомучеников по сей день не сложилось: для многих верующих мученики ХХ века остаются неизвестными святыми; не во всяком даже и верующем сердце их имена находят отклик… Отчасти это так, и причин здесь много – о причинах нужно было бы отдельно писать, но у меня сейчас другая цель. Мне представляется, что подлинное открытие народом своих святых мучеников требует теперь времени и труда. Труд искренних и бескорыстных людей приносит добрые плоды: происходит не просто открытие – сближение. И сами святые содействуют этому.

***

В Красноармейском районе Саратовской области на берегу Волги стоит село Золотое. По данным краеведов, оно старше Саратова. А славилось оно в свое время и гончарами, и хлебопашцами, и рыбаками, и капитанами волжских пароходов. Богатое было село, и храмов в нем было два, и оба всегда были полны, и колокольный звон плыл по Волге. А сейчас в Золотом даже пристань продали и разобрали.

Храм во имя Пресвятой Троицы в Золотом
Храм во имя Пресвятой Троицы в Золотом
    

Однако один из двух золотовских храмов – во имя Святой Троицы, 1834 года постройки, чистый классицизм – уцелел. 40 лет кряду служил зернохранилищем, а в конце 1980-х золотовские решили: хватит, пора в себя прийти и начать жить, как отцы и деды жили. В епархиальном архиве нетрудно найти письма от них – тогдашнему правящему архиерею Саратовской епархии архиепископу Пимену (Хмелевскому): «Мы не просим помощи у государства. Мы, верующие, сами собрали всё – и деньги, и иконы… Наметили и старосту, и казначея… Помогите нам, пожалуйста». А вот еще одно письмо – от уроженки Золотого Пелагеи Кастериной: «Если я умру, похороните меня по закону и поминайте, когда сможете, за мои хлопоты об этой церкви. У меня никого нет родных, ни одного человека, меня поминать некому, кроме вас…» – так писала эта женщина саратовскому владыке. В той же архивной папке – рапорт священника Николая Формазюка, датированный декабрем 1989 года: «По благословению Вашего Высокопреосвященства мною был взят в аренду дом сроком на один год, в зале сделали алтарь, поставили престол и жертвенник… Первая Божественная Литургия была отслужена 3 декабря. К таинству Причащения приступили 65 человек. Было совершено 18 таинств Крещения». Вы подумайте, это после полувекового перерыва! Значит, оно подспудно хранило веру, это волжское село. Хотя никто из золотовцев и ведать не ведал тогда, в 80-х и 90-х годах, что в их селе родился святой. Они узнали об этом гораздо позже.

Священноисповедник Виктор (Островидов), епископ Глазовский и Воткинский, родился в 1875 году в семье псаломщика упомянутой выше золотовской Троицкой церкви и в этой же церкви был крещен и наречен Константином. Окончил Камышинское духовное училище. В 1903 году пострижен в мантию с именем Виктор. Был настоятелем Хвалынского Свято-Троицкого общежительного подворья Саратовского Спасо-Преображенского монастыря. Служил в Русской духовной миссии на Святой Земле. В феврале 1918 года стал наместником Александро-Невской лавры в Петрограде. Затем – епископом Уржумским, викарием Вятской епархии. После трехгодичной ссылки в Нарымский край и перемещений по службе возглавил вновь образованную Воткинскую епархию с кафедрой в городе Глазове. Следует подчеркнуть, что Глазов тоже был для него местом ссылки.

Епископ Виктор не принял известную Декларацию митрополита Сергия (Страгородского) и отослал этот документ обратно в Москву; Воткинское духовное управление прекратило общение с заместителем местоблюстителя Патриаршего престола митрополитом Сергием и Синодом. В результате бесстрашный епископ Виктор был отстранен от управления епархией и запрещен в служении. Крестный путь его продолжился в Соловецком лагере, где он возглавил группу непоминающих. Запрещенный владыка Виктор был известен твердостью и решительностью, но это не помешало ему услышать доводы собрата и солагерника – архиепископа Илариона (Троицкого), священномученика. Он сумел убедить епископа Виктора в том, что необходимо сохранять единство Церкви. Владыка Виктор примирился с митрополитом Сергием и известил об этом свою паству. Но советская власть примириться с владыкой Виктором так и не смогла. За освобождением последовал новый арест и череда ссылок: несломленного епископа загоняли всё дальше и дальше на Север. Умер он в апреле 1934 года, в селе Нерица Усть-Цильмского района Коми АССР от менингита. Могила его уцелела, мощи были обретены, и теперь пребывают в Спасо-Преображенском женском монастыре в Вятке (Кирове).

Но вернемся на Волгу – в Золотое.

В восстановленном ныне Свято-Троицком храме служит священник Борис Ищенко – уроженец Ташкента, отец троих детей. Вокруг него сложилась деятельная община. Если бы не она, отцу Борису вряд ли удалось бы довести до ума золотовский храм, ведь капитальных вложений в него никто не делал. На вопрос «Кто вам помогал?» отец Борис отвечает: «Бабушки в основном. Они и болгаркой работали, и на крышу лазали, и асфальт вокруг храма укладывали». Эти бабушки и сейчас всё время в хлопотах, а батюшку называют своим светом в окошке и единственной радостью. Но не надо думать, что в золотовском приходе одни бабушки – напротив, здесь всегда можно видеть немало молодых лиц, детей. По праздникам приезжают гости – уроженцы Золотого, живущие теперь в Саратове, в других городах. Не столь давно на моих глазах отец Борис крестил молодого человека, который родился в Золотом, но живет теперь в Германии: он навестил родное село и решил принять крещение в храме, в котором крестили его дедов и прадедов. Троица – престольный праздник – уже традиционно становится праздником всего села. На последнем празднике, в этом году, побывали американцы, сотрудничающие с Саратовским университетом. Традиции русского празднования, храм, устланный свежей травой, венки на головах, старинные иконы, собранные в свое время золотовцами по чердакам и дровяным сараям, – всё это произвело на заокеанских гостей заметное впечатление. Можно надеяться, что им запомнился рассказ о священноисповеднике Викторе – его икона с частицей мощей в храме с 2001 года. Именно тогда золотовский приход, узнавший наконец о своем святом земляке, списался с упомянутым выше вятским Спасо-Преображенским монастырем. По благословению тогдашнего правящего архиерея, архиепископа Вятского и Слободского Хрисанфа, оттуда в Золотое приехали вятские монахини и привезли частицу мощей священноисповедника. Гостьи-монахини рассказали волжанам, что мощи на момент обретения благоухали, что им дана исцеляющая сила. Золотовцы собрали деньги и заказали икону священноисповедника Виктора, чтобы поместить частицу мощей в нее. Через год сами съездили в Вятку, поклонились мощам святого земляка. Прошло еще несколько лет… и вдруг случилось чудо:

– Как раз на Вербное воскресенье чувствуем: икона благоухает…

Благоухал образ несколько дней – и только один раз, больше этого не было: неисповедимы пути небесные! Золотовцы верят: их земляк подал им знак, он видит их труд, их усердие к храму, их стремление сохранить память о понесенных Церковью жертвах. Он молится там, у Престола Божия, – за них и за родное волжское село.

***

В Собор Саратовских святых включено двенадцать человек, хотя святых, прославленных Церковью и связанных с Саратовской землей, в десятки раз больше. В списке Собора – два архиерея, один монах, восемь священников и один мирянин – граф Александр Медем. Он был помещик; его имение в Хвалынском уезде Саратовской губернии называлось Александрия. Немец по отцу (отчество – Оттонович), воспитанный в лютеранстве, граф Медем в зрелом возрасте сознательно принял Православие и выстроил у себя в имении церковь во имя святых равноапостольных Константина и Елены. Прямой потомок крестоносцев, он стал подлинным рыцарем Православной Церкви. Его жизненный путь известен нам хорошо, с массой ярких подробностей – главным образом благодаря молодому историку, уроженцу Хвалынска Алексею Наумову, автору книг «Русский крест графа Медема» и «Графы Медемы, хвалынская ветвь». Существенная деталь: работу над книгой «Русский крест» Алексей завершил к 22 собственным годам, и это была уже не первая его книга; первая была посвящена разрушенным храмам хвалынской земли. «Русский крест графа Медема» – небольшая, но невероятно «плотная» книжка: количество лиц, фактов, документов сделало бы честь историку куда более зрелого возраста. Историю открытия Алексей в свое время рассказывал мне так: подростком проводил каникулы у родственников в поселке Северном – это и есть бывшая Александрия; там были «графские развалины» – то, что осталось от имения; кое-кто из местных жителей припоминал даже фамилию графа… Любознательный мальчик заинтересовался, а чуть позже, уже твердо решив поступать на истфак, занялся темой всерьез.

граф Александр Медем
граф Александр Медем
Когда читаешь «Русский крест», поражают две вещи, две черты главного героя: несокрушимая вера и столь же несокрушимая человеческая порядочность, абсолютная невозможность отступнического, предательского шага – даже в самых тяжелых обстоятельствах. «Что за человек! Это поистине моральный колосс! – писала в частном письме женщина из дружественного Медемам московского дворянского семейства. – …и что только он перенес! На несколько жизней хватило бы ужасов, а он стал только крепче и сильнее духом». Ужасов действительно было много: девять арестов разной протяженности; близость расстрела; поволжский голод начала 1920-х годов, титаническая борьба за сохранение хозяйства Александрии – вопреки совершенно безнадежной ситуации; потеря брата, героически погибшего на гражданской войне, смерть безмерно любимой жены и затем дочери; разлука с сыном, который чудом не погиб в том же бою, рядом с дядей, а затем сумел выбраться за границу…

«Одна только вера, что не все кончается здесь, земным нашим существованием, – дает силы не цепляться во что бы то ни стало за свою малозначащую жизнь и ради ее сохранения не идти на всякую подлость, низость и унижение, – писал Александр Оттонович сыну Федору в Германию. – Действительно свободным может быть только человек глубоко и искренне верующий. Зависимость от Господа Бога – единственная зависимость, которая человека не унижает и не превращает в жалкого раба, а наоборот, возвышает… Верь твердо, без колебаний, молись всегда горячо и с верой, и Господь тебя услышит. Ничего на свете не бойся, кроме Господа Бога и руководимой им совести, – больше ни с чем не считайся… и благо ти будет…»

Александр Оттонович и его близкие были прихожанами церкви Свято-Троицкого мужского монастыря в Хвалынске – это бывшее хвалынское подворье Саратовского Спасо-Преображенского монастыря, того самого, настоятелем которого был в свое время священноисповедник Виктор (Островидов), уроженец Золотого. Так перекликаются судьбы новомучеников. Медем вместе с другими верующими организовал приходской совет монастыря. Совет, а с ним и монастырь последовательно противостояли «живоцерковникам». В письмах того периода Александр Оттонович жестко говорит о трусости и предательстве некоторых известных ему священнослужителей – принять и простить это он не может. Ему, как толковому и опытному хозяйственнику, предлагают поступить на службу к новой власти, но – «…служить этим расхитителям России, расхитителям души русского народа, мерзавцам – я не могу…» (из письма сыну).

Меж тем Церковь захлебывается кровью, и саратовская земля не исключение: ее накрывают волны арестов – одна за другой. В 1929 году графа Медема забирают в очередной раз. Следователь спешит и не замечает бессвязности своего текста: «Медем среди духовенства и монахов Хвалынска ведет антисоветскую работу. Будучи председателем монастырского коллектива верующих и с обращением митрополита Сергия о поминовении власти Медем среди духовенства говорил: обращение вызвано под давлением расстрела…» Высылка в Сызрань и новый арест – уже там, в Сызрани. И опять, как и во всех предыдущих протоколах, – безупречная рыцарская порядочность и прямота: «…с программой коммунистической партии и советской власти я не согласен». Следователю, по всей видимости, нужны сообщники графа-контрреволюционера, и он упорно требует от подследственного имен знакомых, просто знакомых, которые появились у него здесь, в Сызрани, – ведь не мог же он за это время ни с кем не познакомиться! «Некоторых я в данное время помню, но назвать и этих отказываюсь, – фиксирует протокол ответ подследственного, – выдвигать людей, которых я случайно вспомнил, тем самым совершая к ним несправедливость, не нахожу возможным».

Александр Оттонович Медем умер 1 апреля 1934 года от отека легких в больнице сызранского домзака. В 2009 году Алексей Наумов и священник Виталий Колпаченко установили приблизительное место его захоронения в Сызрани.

Церковь во имя святых равноапостольных Константина и Елены в бывшем имении графа Медема ныне восстановлена и действует. Как это получилось, как удалось? Удалось – совместными усилиями многих людей, находивших друг друга и передававших из рук в руки, как пламя, – живую память.

Осенью 2002 года в Хвалынский район, в поселок Северный (он же, как мы помним, Александрия), приехала внучка святого мученика Александра – Ольга Федоровна фон Лилиенфельд-Тоаль. Она увидела стены разрушенной церкви и надпись на стене: «Этот дом – бывшая церковь, берегите». Надпись, оказывается, сделала местная жительница Лидия Тямкова. Ольга Федоровна привезла с собой альбом со старинными снимками Константиновской церкви, ее иконостаса. Она была уже знакома с Алексеем Наумовым, а чуть позже познакомилась с отцом Виталием Колпаченко, служившем в соседнем поселке. Нашлись помощники. Нашлись жертвователи. И храм возродился. А в 2010 году в маленьком городке с богатой историей – в саратовском Хвалынске – открылась православная гимназия, директор которой – тот же отец Виталий Колпаченко, по светскому своему образованию историк (кстати, одно время он совмещал служение на сельском приходе с преподаванием истории в школе того же села – случай редкий).

– В этом году у нас произошел-таки перелом, – с удовлетворением рассказывает отец Виталий, – в первых трех классах, начиная с набора 2010 года, всего 17 детей, а 1 сентября этого года в первый класс придет сразу 14. Конечно, все наши дети знают о святом мученике Александре, и молебен ему мы служим в гимназии каждую неделю.

Здесь надо знать, что в Хвалынске всего 13 тысяч жителей, городок и район считаются депрессивными. Однако и за него есть кому молить Бога на небесах: с Хвалынском связаны имена многих страдальцев за веру… Но мы переместимся из Хвалынского района Саратовской области в Татищевский.

***

священномученик Иоанн (Днепровский)
священномученик Иоанн (Днепровский)

«– Вы обвиняетесь в контрреволюционном действии против существующего политического строя в СССР.

– Виновным себя в этом не признаю.

– Вы клеветали на сталинскую конституцию, говорили, что это кабала и больше ничего и что хорошего от нее ждать нельзя. Признаете ли это?

– Это я также категорически не признаю.

– Вы говорили, что в день выборов сгонят всех на отдельные базы и прикажут голосовать за того, кто им будет выгоден, – будете ли это отрицать?

– Не признаю и это.

– Вы говорили, что советская власть посягнула на религию, разграбила храмы, невинно сослала все духовенство, – признаете ли это?

– Да, это я действительно говорил – что все храмы советская власть уничтожила и что священство невинно все сослано, других разговоров я совершенно не вел.

– Расскажите следствию, с кем из духовенства в Новоузенске вы поддерживали связь?

– Я был тесно связан только со священником Алексеем Поповым, у которого часто бывал и вел беседу, как вывести из тупика религию, так как советская власть окончательно добивает ее и жить нам становится все труднее.

– В беседе Попов защищал права религии, предлагал вам быть еще активнее в религиозных мероприятиях – вы дали согласие действовать заедино?

– Когда мы с Поповым беседовали относительно религии, то он мне говорил, что христианская религия самая идеальная и что отступать от нее не следует, – с этим и я с ним согласился, обещал чем смогу помочь, другого у нас в разговорах ничего не было».

Это протокол допроса священномученика Иоанна Полчаниновского – сельского священника Ивана Михайловича Днепровского. Датирован 9 декабря 1937 года –следующим после ареста днем. 10 декабря датирован смертный приговор. Исполнение – 15 декабря, теперь это день его памяти. Священномученику было 62 года.

В Полчаниновке, в Свято-Троицкой церкви, отец Иоанн прослужил 18 лет – с 1911 года по 1929-й. У него было четверо детей; супруга его, так же, как и он сам, происходила из духовного сословия. На единственной сохранившейся фотографии – удивительное лицо, лицо из иной эпохи – одухотворенное и доброе.

В первый раз полчаниновского батюшку арестовали в 1919 году: чекисты на полном серьезе утверждали, что он хранил в алтаре под престолом две бомбы. Вот где берет начало печально известная практика подброса вещдоков! Но тогда, «на заре советской власти», кто-то, по всей видимости, дал подобным приемам отбой, и отца Иоанна освободили. Когда храм в Полчаниновке закрыли, он служил наблюдателем на метеорологической станции. Но в 1937-м его и там нашли… Священномученик Иоанн Днепровский (Полчаниновский) прославлен на заседании Священного Синода в июле 2002 года.

Троицкий храм в Полчаниновке давно разрушен. Село понемногу умирает, оживая, впрочем, летом, когда приезжают дачники. Школу закрыли – стало быть, конец селу.

Однако православный храм в Полчаниновке есть – с 1992 года. Освящен во имя святого великомученика Димитрия Солунского и находится в обычном жилом доме. Есть человек, который все эти годы присматривает за храмом и извещает односельчан о предстоящем приезде батюшки, – пенсионер Василий Федорович Крупнов. Но и он, и назначенный недавно в Полчаниновку настоятелем по совместительству священник Иаков Коробков говорили мне о том, что живой приходской жизни в Полчаниновке пока не получается. Отец Иаков, постоянно живущий и служащий в соседней Сторожовке, ни на кого не жалуется – он рад тому, что эта горстка прихожан (15 человек из 300 примерно нынешних полчаниновских жителей) приходит на службу каждый раз, когда они с матушкой-певчей приезжают в Полчаниновку. Православные полчаниновцы уже в таком возрасте, что трудиться на благо храма – скажем, делать в нем ремонт – они не в силах. А молодежи нет.

– А вы знаете, что в вашем селе жил и служил святой? – спрашиваю я Василия Федоровича.

– Конечно. У нас и икона его есть в храме. Одна художница, дачница, для нас написала.

После этого ответа я, вопреки реальности, верю: не умрет это старинное село, не умрет храм, будет кому молиться перед образом святого земляка. Может быть, зря, но верю.

Марина Бирюкова

2 июля 2013 г.

Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Смотри также
Памяти архим. Алипия (Воронова; +12 марта 1975 г.) Памяти архим. Алипия (Воронова; +12 марта 1975 г.)
Архим. Тихон (Шевкунов)
Памяти архим. Алипия (Воронова; +12 марта 1975 г.) Великий Наместник
Архимандрит Тихон (Шевкунов)
12 марта 1975 года в два часа ночи отец Алипий сказал: «Матерь Божия пришла, Какая Она красивая, давайте краски, рисовать будем»... В четыре часа утра архимандрит Алипий тихо и мирно скончался.
«В 1937 году в центр полетели телеграммы с просьбой увеличить лимит арестов» «В 1937 году в центр полетели телеграммы с просьбой увеличить лимит арестов»
Заметки об открытой лекции «Бутово – русская Голгофа»
Федор Мелентьев
Почему именно 1937 год пожал столь обильный урожай смертей? Этот год начался для властей с крупного разочарования: январская перепись показала: несмотря на пропагандистские кампании, 56,7 % населения страны открыто признали себя верующими.
Дедов крест Дедов крест
Рассказ
Александр Сегень
Дед свой Георгиевский крест закопал в укромном месте на огороде, когда пустили слух, что всех, у кого таковые найдутся, будут на месте расстреливать. Потом, спустя годы, он приедет, будет искать, где подарил земле свою награду, да так и не найдет…
Каждое письмо от отца Павла мы ожидали как Суда Божьего Каждое письмо от отца Павла мы ожидали как Суда Божьего
Епископ Пантелеимон (Шатов)
Каждое письмо от отца Павла мы ожидали как Суда Божьего Каждое письмо от отца Павла мы ожидали как Суда Божьего.
Воспоминания об отце Павле (Троицком)
Епископ Смоленский и Вяземский Пантелеимон (Шатов)
Таких случаев прозорливости, которые мы знаем об отце Павле, мы больше не знаем в жизни других подвижников XX века. Много было святых в XX веке явлено Богом, но другого такого подвижника, как отец Павел, я не знаю. Причём эта прозорливость была даже в мелочах.
Комментарии
Алексей 7 июля 2013, 17:34
Спаси Господи за статью. Какую Россию мы потеряли. Каких удивительных людей...
Анастасия 5 июля 2013, 18:01
Хотелось бы подробнее узнать о нарисованном от руки антиминсе.

Спаси Господи,
Анастасия
Жанна 5 июля 2013, 14:01
Какие красивые люди!
грешная р.б.Людмила 4 июля 2013, 21:08
Спаси вас Господи!Читала и плакала статья тронула мою душу.
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке

Осталось символов: 700

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
×