Спасо-Каменный монастырь в ожерелье островных обителей Русского Севера

Беседа с профессором А.В. Камкиным

«Северная Фиваида» – такое наименование усвоил себе Русский Север неслучайно: здесь подвизались тысячи угодников Божиих и были прославлены в лике святых сотни преподобных. Преподобные сами по себе не появляются: их воспитывают монастыри. Так же, как и в Фиваиде египетской, здесь, в северных пределах нашей земли, появлялись монастыри: славные, мощные, большие – и почти незаметные, скромные, бедные. Монастыри нужны всякие – были бы преподобные.

Кирилло-Белозерский монастырь. Молитва инока. Фото: архиепископ Вологодский и Великоустюжский Максимилиан Кирилло-Белозерский монастырь. Молитва инока. Фото: архиепископ Вологодский и Великоустюжский Максимилиан
    

Об истории возникновения, роли и значении разных монастырей нашей Северной Фиваиды мы беседуем с Александром Васильевичем Камкиным, профессором, доктором исторических наук, преподавателем Института европейских культур.

– Александр Васильевич, какое значение имеют для Православной Руси – давней и сегодняшней – монастыри, расположенные на островах? И разве не всё равно, где монастырь находится – в лесу ли, в горах, на острове?

Александр Васильевич Камкин. Александр Васильевич Камкин.

Нет, не всё равно. Островные монастыри занимают в культурном ландшафте и духовно-религиозной жизни Русского Севера совершенно особое место. И дело не только в том, что некоторые из них приобрели общерусскую известность, стали выдающимися по красоте архитектурными ансамблями, местами, куда стремились многочисленные паломники, были отмечены в течение ряда веков постоянным вниманием властей. Особую притягательность этим монастырям, несомненно, придавало их островное положение. Именно оно соединило множество смыслов, в конечном счете и создававших феномен островного монастыря. Одни из этих смыслов вели свое начало от сакрализации острова еще в древней языческой картине мира. Другие были рождены мифологизацией острова в коллективной исторической памяти, представлениями о нем как об особой территории, вырванной из повседневности бытия. И, наконец, свои смыслы вкладывало в образ островного монастыря христианское сознание, увидевшее в соединении монастыря и острова путь к спасительной аскезе, идеальные условия для духовной сосредоточенности, своего рода пространство преображения и истины.

– Каким образом стали появляться у нас такие монастыри?

– До XV века на Европейском Севере было учреждено по меньшей мере четыре монастыря: Валаамский и Коневецкий на Ладожском озере, Палеостровский на Онежском и Спасо-Каменный на Кубенском. При всем разнообразии версий относительно времени их возникновения можно в принципе представить следующую картину. Валаамский монастырь, как утверждает одна из версий, был основан христианскими миссионерами ранней поры Сергием и Германом. В церковной литературе миссионерская роль монастыря подчеркнута известным эпизодом в легенде о хождении апостола Андрея Первозванного по землям восточных славян. В ней есть упоминание о посещении апостолом острова Валаам и о водружении на нем креста.

Преподобным Корнилием, вероятно, в конце XII века был основан Палеостровский монастырь на острове Палье в Онежском озере.

Спасо-Каменный остров. Спасо-Каменный остров.
    

– А как и кем был основан Спасо-Каменный монастырь?

– Спасо-Каменный монастырь был основан в 1260 году белозерским князем Глебом Васильковичем, давшим во время бури на неспокойном Кубенском озере обет воздвигнуть здесь обитель, если будет спасен от гибели. Его судно вынесло на берег крошечного каменного острова, на котором, как гласит церковное предание, уже подвизалось несколько монахов-миссионеров.

В конце XIV века появился Коневецкий Рождественский монастырь на острове Коневец в Ладожском озере. Его основание связано с именем преподобного Арсения, новгородского посадского человека. До этого он три года жил на Афоне и подвизался на Валааме.

– Какие задачи выполняли островные монастыри, помимо само собой разумеющейся – молитвы?

– У ранних островных монастырей нетрудно заметить некоторые общие признаки. Во-первых, они основаны на важнейших трассах славянского проникновения на Север. Во-вторых, все монастыри расположились по северо-западной границе расселения русских, на наиболее крупных озерах Севера. В-третьих, несомненным являлся миссионерский характер этих монастырей.

Не нарушил эту традицию и Соловецкий монастырь в Белом море, ведущий отсчет своих лет с 1429 года. Его основатели – преподобные Савватий, Герман и Зосима. Можно предполагать, что в их лице соединились три потока монастырского учредительства, охватившего к тому времени Русский Север. Первый шел от Новгорода (Зосима был уроженцем новгородской земли), второй – от Кирилло-Белозерского монастыря, имевшего духовные корни в московской земле (Савватий был пострижеником этой обители), третий отражал собственно северорусские духовные поиски (Герман задолго до водружения креста вел подвижническую жизнь на Корельском берегу и близ реки Выг). Это был первый монастырь, основанный не на озерном, а на морском острове.

– Как шло основание монастырей на Севере России потом?

– В конце XV века завершается оформление опорных очагов системы озерных островов. В 1490-е годы на острове Клименецком Онежского озера сын новгородского посадника Иоакима Иона учреждает обетный монастырь. Его, как и князя Глеба, выбросило бурей на берег этого острова.

В этот период появляются монастыри на островах сравнительно небольших северных озер в глубине региона. Так, еще в 1427 году на небольшом острове озера Воже основал монастырскую обитель постриженик Кирилла Белозерского преподобный Мартиниан (впоследствии устроитель Ферапонтова монастыря). Преподобный Зосима учреждает монастырь на острове Ворбозомского озера на белозерско-московской дороге.

    

В 1517 году постриженик Корнилия Комельского преподобный Кирилл основывает монастырь на Красном острове Нового озера. Кирилло-Новоезерская обитель будет с самого начала пользоваться благодеяниями великих князей и царей Московских, которые ее посещали и награждали богатыми вкладами и вотчинами.

В 1520-е годы на острове Важеозера (Вежино) в 12 верстах от Александро-Свирского монастыря преподобным Никифором учреждается еще одна островная обитель. Основатель ее был учеником Александра Кирилло-Новоезерского. Тогда же на острове небольшого озера Бабьего в Тотемском уезде была основана Бабозерская Николаевская пустынь. В 1630 году на острове озера Белавинского к северу от Вологды иноком вологодского городского Ильинского монастыря Марком учреждается одноименная пустынь. К этому же времени относится учреждение монастырей на крошечных островах реки Сухоны: на Глебовом острове – Борисоглебской пустыни, на Дедовом острове – Дедовской Троицкой пустыни. Учреждение последней предание устойчиво связывает с тотемским воеводой Лопухиным – отцом первой жены Петра царицы Евдокии Лопухиной.

Так к концу XVII века в глубинных территориях Севера появилось по меньшей мере еще девять островных монастырей. В этот период учреждаются и первые дочерние обители Соловецкого монастыря – Анзерский и Свято-Троицкий скиты.

В 1656 году патриархом Никоном был учрежден островной монастырь в Белом море – Крестный. Он был основан на Кий-острове в заливе Белого моря, в восьми верстах от материка, в память о спасении Никона в 1630 году, когда он, будучи еще иноком Анзерского скита, был застигнут великой бурей и прибит к этому острову. Тогда же он и дал обет воздвигнуть здесь обитель, который исполнил, став патриархом.

Так сложилась общая картина основания и организации жизни и деятельности островных монастырей Севера.

– Не секрет, что положение Церкви осложнилось в XVIII–XIX веках (про век XX-й – отдельный разговор): секуляризация, обмирщение… Как встретили и пережили это время наши островные монастыри?

– Для начала отметим показательный факт: секуляризация 1764 года, ударившая по северным монастырям с огромной силой, коснулась островных обителей заметно меньше. Были упразднены лишь Белавинская и Дедова пустыни, а позднее – Клименецкий монастырь.

В указанное время, несмотря на все трудности, продолжает создаваться своего рода духовное ожерелье Соловецкого и Валаамского монастырей. В начале XVIII века на Соловецком архипелаге учреждаются Андреевская пустынь и Голгофо-Распятский скит. В конце того же века на месте первых подвигов Савватия и Германа был учрежден Савватиевский скит. Воздвигнут храм-маяк Спасо-Вознесенского скита на Секирной горе. На месте уединения игумена Филиппа, стараниями которого в XVI веке Соловецкий монастырь приобрел цветущий вид, была основана Филиппова (или Иисусова) пустынь. В 1900 году на Муксалме на пожертвования нижегородского купца Шапошникова был основан Сергиево-Радонежский скит.

В конце XVIII века учреждаются островные дочерние скиты Валаамского монастыря: на самом Валааме – Всесвятский скит, на Коневецком – Коневецкий и Святогорский Казанский скит. В XIX веке на самом Валаамском острове учреждаются Коневский скит и Назарьевская обитель, а также скиты Ильинский (остров Ильинский), Никольский (остров Крестовый), Предтеченский (остров Предтеченский), Александро-Свирский (остров Святой), Тихвинский (остров Тихвинский) и Авраамиевский.

Во второй половине XIX века возрождаются некоторые из упраздненных монастырей. Среди них – Белавинская и Дедова пустыни. Последним из островных монастырей Севера стал учрежденный в 1889 году на Новой Земле в Ледовитом океане для поддержки русских промышленников Николаевский Новоземельный скит, приписанный позднее к Николо-Корельскому монастырю.   

Всего, таким образом, семья островных обителей состояла из 34 монастырей, скитов и пустыней.

– Все ли островные монастыри имели одинаковое значение, или же у каждого была какая-то своя особая роль?

– По их месту в геокультурном пространстве Севера островные монастыри легко разделяются на три группы. Такие монастыри, как Валаамский, Коневецкий, Палеостровский, Клименецкий, Соловецкий, Крестный, Анзерский – наиболее древние, известные и крупные – маркировали границы этноконфессиональной территории русских с севера и запада. В этом смысле они создавали своеобразную сакральную границу Севера. Важно, что с определенного времени это были одновременно и границы государственные, поэтому на некоторые обители были возложены военно-стратегические задачи.

    

Такие монастыри, как Спасо-Каменный, Вожеозерский, Ворбозомский, Кирилло-Новоезерский, Белавинская, Дедовская и Борисоглебская пустыни, располагались либо на водных трассах, либо вблизи стратегических коммуникаций внутри региона. Концентрация островных монастырей вдоль Сухонского речного пути связана, помимо прагматических соображений, еще и с тем, что Сухона – это начало великого Северного речного пути, ведущего в «земли незнаемые», а потому требующего освящения.

Третья группа островных монастырей (многочисленные скиты и пустыни Валаама, Соловков и Коневецкого монастыря) создавала своего рода сакральное обрамление своих материнских обителей.

С точки зрения геокультурной организации пространства, все они занимали маргинальное положение. Прежде всего, маргинальность определялась их островным расположением. У одних монастырей она усиливалась тем, что монастырь размещался на окраине региона, на «краю земли». У других тем, что, располагаясь рядом с коммуникациями, островная обитель все же «отстранялась» от них. Она то возвышалась из воды и тем самым как бы исключалась из водного пути, то, наоборот, скрывалась за водной гладью, зримо отделяясь от близлежащей трассы.

Исследователи обратили внимание на явные особенности именований островных монастырей. Если изучить перечень соборных храмоименований, то среди древнейших и крупнейших обителей лидирует освящение главного соборного престола в честь Преображения (Валаамский, Спасо-Каменный, Соловецкий). В литературе не раз высказывалось мнение, что образ Преображения вообще был центральным символом исторического движения русского народа, направленного на освоение просторов полуночных стран. В этом заключалось своего рода религиозное искание «нового неба и новой земли», изображенных в апокалиптических пророчествах Иоанна Богослова. Смысл освоения и заключался в Преображении.

    

Складывалась своя пространственная система и на уровне микротерриторий. На Соловках, ставших центром всероссийского паломничества и в массовом православном сознании отождествлявшихся с островом спасения, материнский монастырь был дополнен семью малыми монастырями. Каждый из них находил свое место в общей системе соловецкого монастырского сообщества. Все дочерние обители были непременными пунктами внутрисоловецкого паломничества.

Приписные скиты Валаама также становились местом коллективных воспоминаний о событиях в истории монастыря, его святых и святынях.

    

Для уяснения особенностей функционирования островных монастырей обратимся к истории наиболее известных обителей.

Соловецкий монастырь достиг своего расцвета через полтора столетия после основания – в середине XVI века, при игумене Филиппе (Колычеве; впоследствии митрополите Московском). Обитель имела богатейшее хозяйство по всему Беломорскому Поморью и разумно, экологически взвешенное хозяйство на самих Соловецких островах. Исключительно важное военно-стратегическое значение монастыря обеспечивало ему постоянное государственное внимание. Даже секуляризация не подорвала его уверенного материального положения.

Валаам пережил несколько периодов бедствий. В конце XVI века и в 1611 году шведы до основания сжигали монастырь. В 1715 году Валаам был возрожден с помощью братии Кирилло-Белозерского монастыря. В XIX веке он переживал период яркого расцвета, славился неповторимой красотой своего вида, многоотраслевым хозяйством, строгим уставом и массовым паломничеством.

Кирилло-Новоезерский и Палеостровский монастыри в новое время не имели российской известности, но занимали видное место в духовной жизни своих малых историко-культурных территорий.

Крестный монастырь, основанный патриархом Никоном, уже при своем основании получил щедрую поддержку – земельные угодья и 6000 рублей на строения. После секуляризации 1764 года его положение сильно ухудшилось, он впал в запустение, из которого стал выходить только с получением правительственных субсидий после 1870 года.

    

Спасо-Каменный монастырь долгое время пользовался любовью и особым покровительством великих князей и царей. Первоначально он был под особым покровительством князей Белозерских, а затем, начиная с княжения Димитрия Ивановича Донского – Московских. Имел лидирующее значение среди вологодско-белозерских монастырей. В обители надолго утвердится особая строгость иноческой жизни.

После катастрофического пожара 1774 года монастырь фактически перестал существовать. Но по указу императора Павла он стал возрождаться и вплоть до 1917 года сохранял весьма стабильную жизнедеятельность.

Можно заметить некоторую смену функциональных приоритетов в деятельности островных монастырей в зависимости от исторических эпох.

Важнейшим назначением первого поколения монастырей было миссионерство. Одновременно они закрепляли в исторической памяти представления о рубежах и пределах Отечества.

С XVI века островные монастыри дали толчок так называемому богословию «острова спасения». Особый вклад в его становление в XVII веке внес патриарх Никон. После иноческого делания в Анзерском скиту он везде возводит островные монастыри: Крестный в Белом море, Валдайский по образцу Иверского Афонского монастыря и Новоиерусалимский в Подмосковье (последний, хотя и не был островным, но фактически напоминал таковой, поскольку гористое место почти со всех сторон было окружено рекой Истрой). Им овладевает иерусалимская и новоиерусалимская символика, образы Обетованной Земли Царства Небесного, Нового Иерусалима. Так богословие «острова спасения» стало соединяться с богословием горнего мира. Оно оказало огромное воздействие на жизнь православной России, создавало мощный духовный образ эсхатологического плана.   

Примерно с XVI века ряд островных монастырей становятся крупными промысловыми и хозяйственными центрами Севера. Они концентрировали опыт адаптации к природно-климатическим условиям региона, создавали существенные ресурсы для его колонизации и освоения.

Потеряв эту роль в XVIII столетии, островные монастыри взяли на себя новую функцию – стали местом притяжения паломнических потоков общероссийского, регионального и локального масштаба.

– Расскажите, пожалуйста, о месте Спасо-Каменного монастыря в, если так можно выразиться, духовном ожерелье Русского Севера.

– Спасо-Каменный монастырь относится к числу обетных. И это не только достаточно редкое явление для островных обителей, но и свидетельствует о силе религиозного чувства, проявившегося в момент его основания. Он – древнейший православный духовный миссионерский центр, вводивший наш край в мир христианской цивилизации. К тому моменту на Русском Севере существовало всего лишь три монастыря: Кайсаровский близ Вологды и Троице-Гледенский и Михайло-Архангельский в Великом Устюге. Все они были городскими. Он же стал первым, основанным в глубинке, рядом с важнейшей водной трассой, по которой шло славянское заселение Севера, а вместе с ним – христианство и государственность. Еще не было знаменитых островных собратьев – Соловков и Валаама, не было Московского кремля и Троице-Сергиевой обители, а здесь уже затеплилась лампада новой веры и вставал на ноги мощный очаг миссионерства и просвещения.   

В период активного монастырского учредительства значение этой обители было сродни тому, какое имела Троице-Сергиева обитель. Отсюда, как из Троицы, выйдут основатели новых монашеских общежитий – Александр Куштский, Дионисий Грушицкий и другие. Постепенно оформится свой собор святых Спасо-Каменских.

Как и многие островные монастыри, Спасо-Каменный стал уникальным культурным центром, который творили всем миром. В 1478 году на острове начинается сооружение каменного Спасо-Преображенского собора. Это был первый монументальный храм в северных землях Руси: «идеже в той земли от начала миру ничтоже бывало каменного от храмов». Строили всем миром: каменщики для его строительства были выписаны из Ростова, кирпич привезен из Твери, а белый камень, который здесь был использован лишь в отдельных элементах декора, доставлен был из Старицы.

Рассвет на Кубенском озере. Рассвет на Кубенском озере.
    

Известно о работе, исполненной великим художником русского средневековья преподобным Дионисием в Спасо-Каменном монастыре около 1481 года. Здесь было три иконы его письма.

На острове сложилось уникальное книжное собрание. По переписи 1670 года, здесь хранилось 364 книги, из них только 66 книг были печатные. Среди древних письменных памятников шесть книг были «на харатье», то есть на пергаменте. И даже это богатство являлось лишь частью сохранившейся после пожара библиотеки. Здесь трудились переписчики древних книг, составители новых. Творчество инока Спасо-Каменного монастыря Паисия Ярославова – известного книжника, старца, автора «Сказания о Каменном монастыре» – известно каждому знатоку русской культуры.   

Очень рано оформилась связь крошечного острова, затерянного в лесах и озерах Заволжского края, с великим духовным центром мирового Православия – с Афоном. При Московском князе Димитрии Ивановиче Донском игуменом был назначен пришелец из Константинополя – афонский монах Дионисий, впоследствии епископ Ростовский. Он ввел в Спасо-Каменном монастыре устав афонских обителей, заложил традиции, которые определили авторитет и славу монастыря на несколько столетий вперед.

    

В Спас-Камне – первом на Вологодчине – была введена архимандрития, что означало установление на длительное время его старейшинства среди монастырей. Архимандриты и старцы Кубенозерской обители участвовали в важнейших общероссийских мероприятиях – в Соборе 1503 года, где вместе с преподобным Нилом Сорским защитили чистоту Православия от ересей, в Соборе об учреждении Патриаршества (1589), в Соборе об избрании на царство Бориса Годунова (1598), в процессе избрания царем Михаила Федоровича Романова (1613).

Так что, как видите, значение этого крошечного острова, казалось бы затерянного в водах и лесах нашего Севера, чрезвычайно велико – как для Русской Церкви, так и для Российского государства. И уж от нас зависит, будет ли этот остров затерян только в водах и лесах или и в нашей памяти.

C Александром Камкиным беседовал Петр Давыдов
Фото: Алексей Колосов

23 сентября 2013 г.

Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Смотри также
Другая страна Другая страна
Миссионерские записки
Другая страна Другая страна
Миссионерские записки
Иеромонах Ириней (Пиковский)
Никто не знает, сколько проживут те деревни, в которых трудилась приезжающая из Москвы молодежь. Но храмы остаются, и сейчас в них начинается новая жизнь.
Мир или монастырь? Мир или монастырь?
Из наследия оптинских старцев
Мир или монастырь? Мир или монастырь?
Из наследия Оптинских старцев
Ольга Рожнёва
«Спастись можно и в миру, но высшее совершенство достигается в монастырях».
Cевер и сопричастные Cевер и сопричастные
Екатерина Соловьева
Cевер и сопричастные Cевер и сопричастные
Екатерина Соловьева
О Русском Севере и о людях, живущих там, написано и сказано много сильных, но иногда и банальных слов. Городские романтики, возвращаясь с «северов», часто изрекают одни восторги и восклицательные знаки. Сами же «северные» не считают себя и свою жизнь какой-то особенной. От объективов смущенно отворачиваются, на вопросы о жизни машут рукой и зовут скорее обедать и пить чай.
Валаам Валаам
Диак. Георгий Малков
Валаам Валаам
Диакон Георгий Малков
Само по себе выдающееся значение Валаамской обители вряд ли нуждается в каком-либо искусственном ее «удревнении» и «хронологическом оправдании» для безусловного признания ее в качестве первостепенной обители России. Ни то, ни другое вовсе не обязательны для усиления духовного авторитета Валаама и к тому же не имеют под собой сколько-нибудь реальной исторической почвы.
Восстановление деревянных храмов Русского Севера Восстановление деревянных храмов Русского Севера
ВИДЕО
Восстановление деревянных храмов Русского Севера Восстановление деревянных храмов Русского Севера
ВИДЕО
До сих пор на Русском Севере еще можно встретить удивительные по красоте деревянные храмы и часовни. Уже давно нет на этом свете людей, построивших их, но мы можем ощутить красоту и величие их души, любовь и усердие к Богу, а также заботу о нас, их потомках. Небольшой фильм рассказывает о деятельности группы энтузиастов по спасению гибнущих святынь.
Сердце Северной Фиваиды. Сердце Северной Фиваиды.
ФОТОВЫСТАВКА архиеп. Максимилиана
Сердце Северной Фиваиды. «Сердце Северной Фиваиды».
Фотовыставка архиепископа Вологодского и Великоустюжского Максимилиана

В начале этого года в Москве прошла фотовыставка архиепископа Вологодского и Великоустюжского Максимилиана «Сердце Северной Фиваиды», на которой было представлено более 160 работ владыки, остро чувствующего красоту творения Божия и талантливо передающего свою любовь к святой Вологодской земле.
Комментарии
Владимир29 сентября 2013, 18:51
красивые фото красивые места,все прекрасное Господу нащему!!!
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке

Осталось символов: 700

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
×