Голуби

    

Провожали Серегу в армию всем поселком. Участковый (хотя был в это время в отпуске и вроде не при делах) лично под ручку вел до катера, на котором новобранцев отвезли в окружной военкомат. Но надо знать Серегу, чтобы понять, за что ему выпала такая честь.

С детства рос без отца, отчим появился недавно и в воспитательном процессе не только не участвовал, но и всячески избегал его. И, надо заметить, не без оснований. Каждая школьная и поселковая дискотека обязательно заканчивалась дракой с участием пасынка, который остаток буйной ночи обычно проводил в местном отделении милиции. Его мать там много лет трудилась уборщицей, и, чтобы сыну легче было тяготы казенного дома переносить, она приволокла из дома старенький матрас. Уже стало традицией: в клуб или школьный спортзал незадолго до мероприятия приходили два милиционера, они терпеливо дожидались его окончания и начала драки, после чего скручивали руки зачинщику, надевая на него тесные старые наручники с еле заметной ржавчиной, и вели в отделение…

Утром составляли протокол, выписывали штраф, вручали квитанцию с набором цифр для перечисления денег, строго наказывали: после оплаты занести в участок копию: статистика не должна страдать – и отпускали восвояси.

Повестку из военкомата с Серегиной фамилией в маленьком таежном поселке приняли как подарок судьбы. Даже мама облегченно вздохнула, хотя, конечно же, не хотелось ей отпускать единственного сына непонятно куда, но что поделаешь? Dura lex, sed lex, что означает: суров закон – но это закон. Проводы были шумными, а чтобы призывник не буянил, фельдшер под видом какой-то сверхнужной прививки ввел ему двойную дозу успокоительного. Благостная физиономия новобранца выглядела настолько необычно, что фотографировались с ним все гости по многу раз, безусловно, для хвастовства: вот, мол, я первостатейному хулигану рога показываю – и ничего.

По прибытии в часть призывник тут же показал свой характер, за что его быстренько отправили на гауптвахту. Потом еще два раза, пока новобранец малость не попривык к армейским законам. Суровое мужское воспитание в итоге принесло свои плоды, и ко времени присяги Серега был уже чуть ли не образцовым солдатом, стал регулярно слать добрые письма матери, но она в перемену сына не верила, считала: старшие заставляют переписывать с каких-то образцов. В самом деле, где это видано, чтобы ее пацан мог сказать: «Дорогая мамочка». Она много раз пыталась соотнести эту фразу с Серегой, и никак не получалось – не хватало фантазии, чтобы представить такое. Вот, например, «Привет, мать!», или «Дай пожрать», или «Здрасьте, старушка»… – это было бы привычнее. Для подтверждения своих подозрений она показала письма соседке. Та согласилась: заставляют писать – и от себя добавила: это правильно, по крайней мере хоть почерк у парня выправится, а то сплошные каракули, как у непутевого врача.

Пришел приказ: их подразделение командировать в Чеченскую республику. Шел 1994 год.

Армейская жизнь стала солдату нравиться, к тому же выяснилось, что он один в части имеет водительские права, а это ох как много значит. Поставили водителем. И, когда служивый облегченно вздохнул, вообразив себя через пару месяцев личным шофером командира, пришел приказ: их подразделение командировать в Чеченскую республику – как огласил комдив: «Для восстановления конституционного порядка». Ну и от себя прибавил пару, как принято говорить, нецензурных выражений. Но не по поводу особенного случая, нет, просто он всегда изъяснялся так. Да и времена были суровые. Шел 1994 год.

    

А дальше слово главному герою:

– Как только мы прибыли на место расположения части, меня сразу посадили на «ЗИЛ». Машина, судя по боковым вмятинам, уже прошла «обкатку». Но я человек подневольный, возникать не стал: что дали, то и хорошо. Надо было два раза в день – утром и вечером – возить солдат из части на КПП и обратно; ну, еще ездить при всяких непредвиденных случаях типа за продуктами на базу, а один раз даже за боеприпасами. Обычная служба. Там до нас была мясорубка и после, а в это время – как раз, когда мы там оказались, – наступила тишина. Понятно, все расслабились.

Тут боковым зрением заметил железяку под передним колесом, развернулся: мама родная! а это мина.

Утром я, значит, как обычно, везу смену; прилично уже так отъехал, а в глаза будто кто соли насыпал: не выспался, до двух ночи резались в карты… Веки сами слипаются. Массирую кулаком – толку ноль. Протер в очередной раз веки и застыл, остановился, даже двигатель выключил. В лобовое стекло невесть откуда стали биться голуби. Много белых голубей. Облепили всю лобовуху. Я открыл дверцу, вышел, чтобы прогнать… Глядь: а их нету. Думаю: всё, спятил. Выругался, полез в кабину и уже ногу занес, тут боковым зрением заметил железяку под передним колесом, развернулся: мама родная! а это мина. И так классно зарыта, что и незаметно с дороги. Я сразу обмяк весь. Вспомнил мать, дом. Родню свою. Когда мама меня провожала, всё пыталась крестик повесить на шею: мол, он сбережет тебя. Я отмахнулся: «Куда мне! до первой драки…» Тогда она исхитрилась и сунула мне маленькую иконку в пластиковой упаковке: «Бери, – говорит, – носи где-нибудь в потайном кармане. Там Сергий Радонежский изображен». Я тогда ухмыльнулся: «Тезка». А она так серьезно: «Покровитель. Твой небесный защитник». Ну, я, чтобы ее не расстраивать, взял. А тут достал, поцеловал, посмотрел вокруг: как раз рассвет начинался, обычный будний день… И так что-то меня прошибло, даже молитву вспомнил, ну и от себя сказал: «Господи, спасибо Тебе. Я обязательно что-нибудь хорошее сделаю, раз Ты меня ни за что ни про что сберег». Солнечно так стало, но долго любоваться рассветом не дали: солдаты из кузова стали спрыгивать, разборки толкать: «Ты что это? Самовольный перерыв устраиваешь? Мы еще полчаса назад должны были заступить на смену». Я показываю на мину. Они застыли… ну, а дальше неинтересно. Саперы приехали, всё аккуратно вытащили, мне какую-то благодарность выписали. Через две недели нас вернули обратно в Нижний Тагил, где я и дослуживал; там мне аппендицит удалили… И много чего произошло.

После дембеля Сергей, как имеющий льготу, поступил в университет и выучился на юриста. Работал судебным приставом, потом в милиции. Сейчас частный предприниматель, женат, в семье трое детей, по совету духовника помогает заключенным из близлежащей исправительной колонии…

Ольга Иженякова

27 августа 2014 г.

Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Смотри также
Из «совкового» поколения Из «совкового» поколения
Мария Сараджишвили
Из «совкового» поколения Из «совкового» поколения
Рассказ
Мария Сараджишвили
– …Настолько я себя сжигала на работе, что даже кушать забывала, – вспоминала Светлана Шалвовна. – Плюс еще все беды учениц через себя пропускала.
Из буддизма в Православие Из буддизма в Православие
Диак. Георгий Максимов
Из буддизма в Православие «Я лично пережил опыт любви Божией»
Свидетельства бывших буддистов, обратившихся в Православие
Диакон Георгий Максимов
«Не один буддист переживал такой опыт, когда мантра, которую он произносил более ста тысяч раз, в один прекрасный день превращалась в “Господи, помилуй”. И Он их миловал!»
«Все, что мы хотели, — это Христос и Его Церковь» «Все, что мы хотели, — это Христос и Его Церковь»
Прот. Питер Гиллквист
«Все, что мы хотели, — это Христос и Его Церковь» «Все, что мы хотели, — это Христос и Его Церковь»
Памяти протоиерея Питера Гиллквиста († 1 июля 2012 г.)
Священник Алексий Веретельников
Когда-то он потратил десятилетия на то, чтобы найти Церковь Нового Завета — это величайшее сокровище своей жизни, — и, найдя, остаться ей верным до гроба. Давайте вспомним этого удивительного человека и его путь в Православие.
Комментарии
Мария31 августа 2014, 09:29
мамина любовь, мамина молитва, Божья благодать. Славлю Господа всякое время...
виталий27 августа 2014, 17:17
Спаси Господи!
елена27 августа 2014, 14:39
Спасибо вам за чудный рассказ,вот вам и чудеса в наше время,ЕСТЬ ОНИ ЕСТЬ!Только верить надо!
Надежда27 августа 2014, 13:39
Душа радуется такому результату Промысла Божия.
Андрей27 августа 2014, 13:06
Хороший рассказ, добрый... если б не некоторые "несостыковки": на "губу" до присяги не "отправляют", т.к. призывник еще не солдат, да и водителей отбирают еще в военкомате. Писал человек очень далекий от армии, хорошо если просто что-то со слов героя рассказа не допонял, но так или иначе "сведющему" человеку искушение - рассказ видится выдумкой, что очевидно во вред, лишний повод врагу поглумиться...
Сенча Евгения27 августа 2014, 10:51
С удовольствием читаю Ольгу Инженякову!
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке

Осталось символов: 700

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
×