Плач радостнотворный

«Блаженны плачущие, ибо они утешатся», – говорит Господь. В наше время превратных пониманий самых простых и очевидных понятий, тем более, кажется, нужно разобраться, какие именно слезы соделывают человека блаженным, то есть причастным высшей, духовной радости, и о каком утешении идет речь в Евангелии.

Кадр из фильма «Новые похождения Кота в сапогах» Кадр из фильма «Новые похождения Кота в сапогах»
    

Вспоминается фильм-сказка «Новые похождения Кота в сапогах». Такой солнечный, жизнелюбивый и радостный фильм, кто помнит. Вот там принцесса бедная болела в сумрачной комнате, чахла в своей кровати, а шут по заказу главного злодея читал ей «уморительные» в худшем смысле этого слова рассказки. Помните: «Чудовища вида ужасного, схватили младенца несчастного…»? Ну и так далее. И вот когда кто-то робко возразил, что, мол, зачем же бедное дитя загонять в тоску, последовал ответ: «Чем больше слез, тем больше облегчение, в слезах и заключается лечение». При этом говорящий возвел глаза к небу, как бы изображая христианского проповедника. И всем было понятно, что плакать – это плохо, а веселиться и радоваться – хорошо. И что христианство – это печалька, а атеизм – сплошное веселье. Вот такой в общем-то хороший, но советский, с идеологической подначкой, фильм…

Кстати, пьеса, по которой был снят фильм, так и называется: «Смех и слезы».

Но так ли однозначно это противопоставление, подразумевающее, что слезы есть несомненное зло, а смех – добро? Конечно, нет.

В первую очередь слова Господа относятся к тем, кто сознательно с верой старается жить по-христиански – а мир не принимает их образ жизни

В первую очередь слова Господа относятся к тем, кто сознательно с верой стараются жить в этом мире: думать, говорить и поступать по-христиански, – и от этого, то есть именно вследствие этого, страдают и плачут, потому что мир не принимает их образ мышления, их образ жизни. Мир лежит во зле, как сказано в Писании, но всё-таки и степень, и концентрация этого зла разная в разных местах, в разное время и в разных обстоятельствах у разных людей. Так что есть люди, которые именно за добрую верность Христу страдают и плачут больше других. Человеку вообще свойственно страдать и плакать, когда ему больно – и не только телу, но даже в большей еще степени душе, но есть люди, которые благочестиво живут более или менее спокойно и тихо, без особых скорбей и страданий, а есть такие, кто в силу разных обстоятельств оказываются под яростным прессингом греховного мира. И перед таким человеком с особенной остротой становится необходимость выбора: вести себя «как все» и перестать, таким образом, испытывать те или иные сугубые трудности или оставаться верным Христу, несмотря ни на что и даже плача и страдая, но всё равно не отступая от правды Божией. Вот о таких, думаю, в первую очередь говорит Господь, что они блаженны и утешатся. То есть духом своим за правдолюбие и верность Христу они как бы живут уже в преддверии Царствия Небесного и только телом и душой страдают, но страдания эти служат лишь к большей их будущей славе и радости. Да, но много ли среди нас таких – верных, смиренных и кротких страдальцев, претерпевающих напраслину ради Христа и за правду, но не ропщущих, а терпеливо переносящих эти страдания с благодарностью Богу? Много ли среди нас таких? Думаю, нет.

Тут встает вопрос о рассудительности, потому что можно и «на ровном месте» придумать для себя какие-то особенные страдания

Но здесь еще встает вопрос о рассудительности. Потому что можно и «на ровном месте» придумать для себя какие-то особенные страдания и думать, что ты благодаря этому будешь причастником сугубого блаженства, а на деле, возможно, будешь всё далее удаляться от Господа за свое самочиние и ревность не по разуму. Такое тоже встречается иногда. Человек говорит: нет, у меня как-то всё слишком уж ровно, благополучно, надо бы пострадать, что ли… – и начинает изобретать себе какие-то искусственные и совершенно ненужные скорби. Здесь именно важна рассудительность, потому что и подвигу в значении подвижничества есть у нас в жизни место. Конечно! Только, думается, подвиг этот должен быть в высшей степени трезвенным и взвешенным, таким, чтобы нести его не день-два и не месяц, а столько, сколько Господь даст еще жизни, и, главное, подвиг этот должен быть добрым, законным, то есть он должен быть, во-первых, по возможности незаметен окружающим и, во-вторых, не замыкать человека в себе, позволять ему быть открытым для людей, для видения их трудностей, скорбей и проблем, для способности помогать им с состраданием.

    

Отдельно надо сказать о слезах покаяния – о слезах чудесных и удивительных, потому что они хоть и связаны с изъявлением нашей воли, но являются в то же время даром Божественной благодати. Потому что человек может и скорбеть сердцем о содеянных грехах, и томиться, и мучиться, и даже раскаиваться умом, но не иметь веры и упования на милосердие Божие, как было со злокозненным Иудой, который, «раскаявшись» в своем предательстве, пошел и удавился. Но истинное покаяние всегда сопряжено с верой и упованием на милосердие Божие, и снисходящие на такое сердце благодатные слезы, омывающие душу и подающие ей отраду и неизреченную радость всепрощения и умиления, – это, конечно, дар Божий. И вот эти-то слезы мы, несомненно, можем назвать блаженными. И этих именно слез взыскует и ждет от нас Господь, и рождаются они, как мы уже сказали, от усердного устремления человека к Богу, от искреннего желания переменить свою жизнь и начать ее как бы «заново», начистоту. И когда это желание бывает не сиюминутным, а действительным, исходящим из самой глубины души, оно стучится в двери милосердия Божиего неотступно, и Господь, по слову Своему, раньше или позже отворяет дверь и исполняет человека неизреченной сладости покаянных слез, в которых горесть растворяется неизреченной радостью о милосердии Божием и любви и утешении.

Вообще претерпевающий какую-нибудь нужду или скорбь за исполнение заповеди Христовой в то же время странным и чудесным образом и в самой скорби, в самом страдании чувствует Божественное утешение и как бы обещание отрады. И даже так: плачущий от боли или страданий, переносимых им по справедливости или нет, но переносимых без ропота, с осознанием своей худости, ради Христа, – такой человек непременно чувствует и предвосхищение грядущего утешения и блаженства духовного. Потому что безропотным терпением находящих скорбей человек исполняет заповедь Господню о кротости и смирении. И вместе со слезами он чувствует присутствие Духа Христова, укрепляющего его и подающего душевные и телесные силы.

Совсем другое дело, когда человек плачет от обиды на кого-нибудь или от уныния, озлобления или от жаления себя

Совсем другое дело, когда человек плачет от обиды на кого-нибудь или от уныния, озлобления или от жаления себя, что бывает от эгоизма. Такие слезы не сопряжены с утешением, и благодать Божия им не сопутствует. Больше того – эти слезы не только не приносят душе пользы, но еще и отягощают ее, как отягощает душу всякая страсть, к которой проявлено человеком сочувствие и услаждение. А человек, плачущий от обиды, именно находит часто услаждение в гневных и мстительных и злых помыслах о том, кто причинил ему досаду или уничижение. И сами слезы сопровождаются тогда зачастую злыми, бранными словами в адрес обидчика и страшными проклятиями, что, конечно, не только не доставляет душе отраду, но еще более ввергает ее в отчаяние и тоску. И этот грех, совокупный: самолюбия, обиды и озлобленности, должен будет либо омыт иными слезами – слезами покаяния, либо, закостенев в душе, обратится в навык и станет препятствием для действия Божественной благодати.

В обиходном сознании «святыми» считаются и слезы любви. Но и слезы любви бывают разными

Еще в обиходном сознании «святыми» считают слезы любви. Но и слезы любви ведь бывают разными – ложными и настоящими, как и любовью мы называем не только истинные и спасительные состояния и чувствования, но и греховные и погибельные. Ложные слезы любви – это, например, когда кто-нибудь, будучи оставлен своей возлюбленной, плачет от отчаяния и обиды и даже помышляет о самоубийстве, сладострастно мечтая при этом, что такой поступок доставит боль отвергнувшей особе и заставит ее пожалеть о своем бесчувствии… В высшей степени безумные мечты и опасные к тому же, особенно в юном возрасте. Потому что подростки руководствуются в своих поступках часто именно порывами, чувствами, переживаниями и мечтами, никак не соотносящимися с реальностью. И плачут слезами всё того же уязвленного самолюбия, эгоизма и совершают иногда непоправимые поступки для того, чтобы причинить другим боль и заставить страдать от «любви». Но если милостью Божией страшного ничего не случается, то проходит время, и человек смотрит на себя со стороны и думает: «Господи, какой же я был идиот, что так думал и чувствовал и такие вещи собирался совершить… Как стыдно и глупо…» И главное, совершенно ясно становится человеку, что своим самоубийством он совсем не изменил бы, не потряс и уж точно не заставил бы любить ту, которая его отвергла, зато доставил бы подлинные и тяжкие страдания тем, кто его на самом деле любит, кто этих тяжких страданий совсем не заслуживает, но о ком он в своем самозабвенном услаждении эгоистичными страданиями, может быть, и не вспомнил.

Есть и другие слезы, происходящие якобы от любви, щемящей и пронзительной, окрыляющей, несущей человека в потоке самозабвенной восторженности. Но эти слезы душевные зачастую тоже связаны не с любовью, а с влюбленностью – чувством пламенным, экстатическим даже, но не духовным. То есть нельзя сказать, что эти слезы плохи, но они больше относятся к естеству, нежели к области «сверхъестественной». Это вообще интересный вопрос – «сочетаемости» душевности, чувственности с духовной жизнью. В широком смысле это вопрос гармонии в высшем понимании этого слова. Когда действительная любовь сочетается в мужчине и женщине с влюбленностью и чувственностью. Но истинность чувств проверяется, как правило, не в наслаждениях и восторгах, а в трудностях и скорбях, в их терпении и преодолении. Вот тогда (когда отступают зачастую и влюбленность, и чувственность) становится ясно, а была ли вообще любовь. И если была, то она проявляется во всей полноте, потому что истинная любовь, по слову апостола Павла, «не перестает». И слезы любви действительной более походят на слезы жалости, которая, вопреки расхожему мнению, вовсе не унижает человека, а видит и обымает его в его язвимой беззащитности и беспомощности. Вот такие слезы сродни молитве, потому что человек видит в этот момент другого человека, если можно так сказать, глазами Самого Бога. И если человек в самом деле молится в этот момент, то какая же благодать изливается на того, за кого он молится! И конечно, слезы, проливаемые в такой молитве, бывают растворены и величайшим, блаженнейшим утешением.

Безутешные и горькие слезу по умершем рождаются от неверия или от маловерия, когда мы забываем, что жизнь для нашего близкого не закончилась

Отдельная история – слезы об усопших. Невозможно не плакать о близком человеке, ушедшем из жизни, – это понятно. И Господь плакал о «друге Лазаре», когда узнал о его смерти. Но вот бывают слезы отчаяния, безутешные слезы, которые буквально измождают человека, иссушают его душу. Человек плачет и плачет безутешно и безнадежно, точно нарочно сам себя загоняя в гроб в желании скорее последовать за усопшим близким. Но сроки определены Господом, и загонять себя в гроб нарочно, истощая так или иначе свои силы, – это грех. Даже можно, думаю, это назвать душевным самоубийством. А ведь самоубийство – большой и тягчайший грех. Такие слезы – безутешные и горькие – рождаются, конечно, от неверия или от маловерия, когда мы забываем, что жизнь для нашего близкого не закончилась, а сам он только разрешился от уз плоти и живет уже в ином – загробном – мире и, конечно, нуждается в любви и заботе и в молитвенной поддержке со стороны своих близких. Только слезы безутешные и горькие лишают его такой необходимой ему поддержки. Дело в том, что человек после своего успения всё видит и понимает и чувствует гораздо лучше, чем при жизни на земле, и в первую очередь оценивает всю свою жизнь в свете Евангелия, в свете благодати Христовой, так что все поступки, и помышления, и расположения сердца его обличаются от света со всей очевидностью. С очевидностью, от которой невозможно и некуда спрятаться. И если человек не жил сознательной христианской жизнью, не успел или не смог от всего сердца искренне исповедоваться и причаститься, если человек по тем или иным причинам увлек за собой нераскаянные грехи – они тяготят его и мучают и требуют разрешения. Но сам человек уже ничего в своей судьбе поменять не может.

От молитвы за близкого, постоянной и сердечной, и рождаются слезы спасительные

Таково свойство иной, загробной жизни – что там мы только восприемлем последствия нашей земной жизни и ничего уже сами по себе поменять не можем. Но, по единодушному мнению святых отцов, по молитвам живущих на земле – в зависимости, конечно, от напряженности, искренности этих молитв, в зависимости от образа жизни молящихся, но во всяком случае именно по молитвам живущих на земле – возможна перемена участи усопших к лучшему. То есть Господь оставляет нам возможность участвовать в загробной жизни наших родных и близких, а для этого нужны не «глухие», отчаянные слезы, которые ничего не видят, кроме самого отчаяния, но нужна светлая вера, надежда, упование и любовь. Вот от такой молитвы за близкого, постоянной и сердечной, и рождаются наконец слезы спасительные, слезы умиления, любви чистой и благодарной, объединяющей в себе и любовь к Богу, и любовь к близкому человеку. Вот такие слезы хороши. Вот такие слезы и наши грехи омывают, и – дерзнём сказать – грехи наших близких. И в таких-то слезах непременно присутствуют свет и отрада, подаваемая Господом как знак благоволения к самим молитвам и снисхождения к молящемуся и тому, за кого молятся.

Словом, подводя итог нашим размышлениям на тему плача, скажем так: всякая скорбь, перенесенная со смирением и сокрушением сердечным, вызывает те самые – благодатные – слезы. А всякие слезы гордости, ожесточения или обиды, конечно, бесплодны в духовном отношении, и лучше их поскорее утереть и забыть. Тем более что цель нашей жизни – это совершенная радость о Господе, которую «никто не сможет у нас отнять», если только мы были верны Господу во всех обстоятельствах нашей многотрудной жизни.

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • В четверг — лучшие тематические подборки, истории читателей портала, новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту
Смотри также
Место встречи Место встречи
Свящ. Димитрий Шишкин
Место встречи Место встречи
Священник Димитрий Шишкин
Я долгое время не мог понять, о какой «духовной нищете» идёт речь в Евангелии и почему нищие духом «блаженны», если мы привыкли считать, что человек для счастья должен быть духовно богат.
Путь от десяти заповедей к девяти блаженствам Путь от десяти заповедей к девяти блаженствам Путь от десяти заповедей к девяти блаженствам Путь от десяти заповедей к девяти блаженствам
Священник Константин Галериу
Если в мир вошел грех, который повреждает и меня, и ближнего, могу ли я сказать, что в том, чтобы «любить ближнего, как себя самого», заключается полнота моей любви к ближнему?
Духовная жизнь начинается со слез Духовная жизнь начинается со слез
Митр. Афанасий Лимассольский
Духовная жизнь начинается со слез Духовная жизнь начинается со слез
Митрополит Лимассольский Афанасий
Через слезы действует молитва в человеке. Пока ты не плачешь, ты будешь страдать. Если же научишься плакать, начнешь отдыхать душой.
Комментарии
Name Family 1 февраля 2015, 13:00
Благодарим Вас, отец Димитрий! Как бы и нам подавал Господь настоящих слез хоть капли часть некую
Татьяна Соболь30 января 2015, 17:00
спаси Господи за статью.я даже не знаю были или нет у меня такие слёзы об этом знает мой ангел хранитель.
елена28 января 2015, 10:00
Спасибо за статью,очень помогла. Хочется добавить слово к некоторым комментариям ,тут пишут что "ВСЕ уже всё знают о слезах...".Удивительно верующему человеку такое говорить,отвечайте за себя а не за всех,хорошо что вы всё знаете, а ОЧЕНЬ МНОГИЕ не знают,и вообще человек не может всё знать ни о слезах ни о чем то другом.Спаси Господи и простите за реплику.
р.Б.Алла27 января 2015, 17:00
Когда умерла моя мама,я не была воцерковлена ,"захожанкой" была-периодически могла зайти в храм ,чтобы поставить свечу.Слезы были,много слез,казалось,что многого не сделала для мамы,не додала чего-то.Но одна мысль не покидала меня-что же дальше?,не может быть,что это конец.Когда начала читать:Закон Божий,святоотеческую литературу,жития святых,то все стало на свои места.Стала усиленно молиться за душу усопшей мамочки.Тяжело терять близких,но когда ты знаешь ,что душа не умирает,а живет вечно-это уже другие слезы.Спаси Господи о.Димитрий за поучительную статью.
Галина Б.27 января 2015, 05:00
Кажется, что все уже о слезах знаем, о покаянных и эгоистичных, но как хорошо иногда еще разок прочесть, и обновить свои знания, и уловить свое состояние подрёмывания - вместо бодрствования. Спасибо автору. Хорош комментарий Владимира Степанова. Как бы это всегда помнить, что всякая боль во очищение, и не паниковать и не вопрошать: за что? Светлане. Я когда задумываюсь о соцсетях, о безграничных возможностях интернета, меня просто оторопь берет. Нажми туда, сюда - секунда, и ты в паутине. Бог создал Церковь - единое тело Христово, отставил нам Причастие: "сие творите в Мое воспоминание"(Лк.22:19)и завещал любить друг друга. А дьявол чего только не придумывал, чтобы сбить человека с пути истинного. Лукавству его нет предела. Всемирная паутина - тот самый суррогат общения, дьявольское причастие-участие в этой общности.
Владимир Степанов26 января 2015, 22:00
Очень важная тема, спасибо. По сути, каждое из 9 блаженств нужно скрупулезно разбирать. Мне видится так, что плач от жалости - это дитя уныния, то есть плач от жалости к себе "несчастному", плач от того, что тебя не ценят люди, "судьба". Тут жалко умерших родственников, жалко себя в отношениях с супругом или с детьми, и вообще жалко разбитую машину и карьеру! Но то, что ждет от нас Господь заключается в сокрушении сердца и духа. Это глубокое понимание того, что "Я" вынужден жить с тлёй, посаженной нам Адамом. Это слёзная горечь от того, что сил на избавление от тли нет совсем, что только Господь может её выдрать из наших сердец, а мы можем лишь показывать Ему через покаяние где эта дрянь в нашей душе живёт. Это боль возникает, когда мы Ему показываем "болячку", а Он как врачеватель людских душ с огромным терпением и Любовью к нам удаляет язвы. Такая боль врачевания и есть причина плача, о котором сказал нам Господь. Плач, это вскрытие язв и наростов, образовавшихся от любви к себе, к своей уникальности. Сатана весь в этих язвах, и смердит ими - гордость и эго исказили его образ. В нас есть образ Божий, тля от Адама и есть право выбора. Господь ждет от нас желания научиться Любви, а значит желания лечиться и терпеть вызванную лечением боль и скорбь. Трудный выбор, еще более сложное лечение. Поэтому много званных и мало избранных:(
Елена26 января 2015, 17:00
Спаси Господи, батюшка. То, что только интуитивно ощущалось Вы по полочкам разложили. И другие Ваши статьи тоже вразумительно излагаются. Помоги Господи всем нам иметь радостнотворный плач о своих грехах.
Наталья 26 января 2015, 15:00
Спасибо, отец Димитрий.
Светлана26 января 2015, 12:00
К сожалению, мы действительно живем в странное время: вроде бы каждый день постим в соцсети десятки месседжей, фотографий и казалось бы очень много общаемся, но все какой-то суррогат. Диалога в современной среде не получается... Осмыслять, дискутировать и слышать другого мы, кажется, совсем разучились -- одна сплошная самопрезентация и самопиар. С Вами, о. Димитрий как с виртуальным собеседником, очень интересно проговаривать все эти на первый взгляд простые и очевидные вещи... Мне самой лишь недавно удалось додуматься до того, что стоит убирать из жизни саможаления и страдания на публику и в душе появляется ощущение света. Даже в очень трудные периоды жизни. Но вот так хорошо сформулировать мысли не удавалось)
Игумен Всеволод26 января 2015, 12:00
Хочется добавить, что часто слезы по усопшему бывают крайне эгоистичными. Мы плачем не потому, что нам жалко усопшего, а потому что мы вместе с его уходом в мир иной утратили многое (земное, плотское и душевное, ведь духовного мы не лишаемся). Мы не думаем о том что ближнему, наверно, раз Бог так устроил, лучше всего было умереть именно сейчас, что Господь забирает именно тогда, когда мы наиболее готовы к встрече с Вечностью. В таких слезах есть и ропот на Бога, что отнял у нас что-то очень любимое, вместо благодарности за то, что с нами был долгое время такой хороший, Богом данный человек.
Здесь Вы можете оставить свой комментарий к данной статье. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке