Плотин

Часть 1. Философ, обращающий в христианство

Плотин доказывал вечность человеческой души, хотя некоторые его предшественники – великие философы – сомневались даже в ее существовании. Главным вопросом его жизни и философии был вопрос «Почему люди ушли от Бога? И как им к Нему вернуться?» Но при этом философ не пошел искать ответа к христианам. Почему? В чем его философия? И почему считается, что именно Плотин «обратил в христианство» блаженного Августина? Рассказывает историк философии Виктор Петрович Лега.

Плотин Плотин

«Божественное во мне, божественное во всем»

Плотин жил уже после Рождества Христова, в новую эпоху. Родился он в Египте в 204 году, скончался в Риме в 270-м. Сведения о его жизни довольно скудны. Его ученик Порфирий, написавший «биографию» философа «Жизнь Плотина», начинает ее словами: «Плотин, философ нашего времени, казалось, всегда испытывал стыд от того, что жил в телесном облике, и из-за такого своего настроения всегда избегал рассказывать и о происхождении своем, и о родителях, и о родине».

Но мы знаем, что примерно в возрасте 20 лет Плотин приехал в Александрию, чтобы получить глубокое образование. Он приходил в разные школы, но, разочаровавшись, оставлял их. Кто-то посоветовал ему обратиться к платонику Аммонию Саккасу. После первого же занятия Плотин вышел со словами: «Вот кого я искал!» На несколько лет он становится учеником Аммония – вместе с Оригеном. И кстати, до сих пор ведутся споры, кто был этот Ориген – тот известный философ и богослов или иной человек, его тезка. Историк Церкви В.В. Болотов в своем труде-диссертации «Учение Оригена о Святой Троице» пишет однозначно: «И Плотин, и Ориген были учениками Аммония Сакка».

Проведя несколько лет у Аммония, Плотин решил расширить свое образование, отправившись в… Индию. Добраться туда в те времена было весьма сложно. И Плотин присоединился к войску императора Гордиана, который в очередной раз собирался покорить Индию. Но войско было разбито, и Плотин, спасшись, отправился в Рим, где открыл собственную школу. По просьбе учеников он стал записывать свои лекции – их позже издаст Порфирий, назвав «Эннеадами», то есть «Девятками»: «эннеа» по-гречески – «девять». Почему «Девятки»? Порфирий увидел, что трактатов – 54, а это произведение чисел «6» и «9» – священных, согласно пифагорейской традиции. Вот он и решил, что эти трактаты священны многократно – 6 раз по 9 – и издал их как шесть «Девяток». С тех пор так трактаты Плотина и публикуют под названием «Эннеады».

Перед смертью Плотин сказал: “А теперь я попытаюсь слить то, что было божественного во мне, с тем, что есть божественного во Вселенной”

К концу жизни Плотин тяжело заболел. И, чтобы не расстраивать учеников своим немощным видом, уехал в провинцию Кампания. Перед смертью он сказал ухаживавшему за ним ученику: «А теперь я попытаюсь слить то, что было божественного во мне, с тем, что есть божественного во Вселенной».

Эти слова – «божественное во мне» и «божественное во Вселенной» – ключевые для понимания философии Плотина.

Влияние Плотина на святоотеческую мысль было значительным. Может быть, даже большим, чем влияние Платона, потому что работы Плотина будут воздействовать непосредственно, а уже через них будут открывать Платона – так случилось с блаженным Августином: его именно Плотин обратит в христианство.

Говоря, «обратит в христианство», я не преувеличиваю. Августина пыталась привести к христианству его мать, святая Моника, его увещевал епископ Милана Амвросий, но… Августин напишет в своей «Исповеди», обращаясь к Богу: «Ты доставил мне через одного человека некоторые книги платоников, переведенные с греческого на латинский. Я прочитал там не в тех же, правда, словах, но то же самое со множеством разнообразных доказательств, убеждающих в том же самом, а именно: в начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Этим платоником оказался Плотин, который и убедил в конце концов Августина в истинности христианства, что не смогли сделать в свое время ни мать, ни даже св. Амвросий Медиоланский.

Мы видим также влияние Плотина на преподобного Максима Исповедника, на святителя Григория Нисского, на Псевдо-Дионисия Ареопагита.

«Почему люди забыли Бога?»

Сложность понимания Плотина во многом обусловлена тем, что он, как и вообще греческие философы, излагал свое учение, не стремясь представить его в виде стройной системы. Поэтому приходится ее как-то «реконструировать». Я занимался этим довольно продолжительное время, так как писал диссертацию по философии Плотина.

Начинать читать Плотина, как мне кажется, надо с первого трактата «Пятой эннеады» – «О трех первоначальных субстанциях». Плотин задается вопросами: «Почему люди забыли Бога? И как сделать, чтобы вернуть их к Нему?» Возвратить к Богу можно двумя способами: первый – показать людям ничтожность материального мира, второй – показать превосходство мира духовного. Второй путь лучше, потому что, показав превосходство мира духовного, мы автоматически показываем и ничтожность мира материального. Поэтому Плотин выбирает именно второй способ.

Но почему же, ища Бога, он не стал христианином?

Давайте вернемся ко времени, когда Плотин искал себе учителей, посещая александрийские школы, – это важный момент. Александрия III века – крупнейший научный центр, где сосуществовали значительная иудейская диаспора, крупная христианская община, различные философские школы. Наверняка Плотин посетил и иудеев, и христиан, и отовсюду выходил разочарованным. Почему же близки ему оказались именно платоники? Потому что Плотин ищет разумный ответ на религиозный вопрос: как вернуть людей к Богу? – имея в виду и себя самого в том числе.

А что ему могли предложить христиане или иудеи? Разумеется, поверить в истинность их учений. Поверить, не требуя при этом никаких доказательств истинности своей веры. Причем поверить в совершенно абсурдные для обычного человека вещи – в пророчества, чудеса и особенно в воплощение и воскресение Сына Божия. Плотин же уверен, что вопрос обретения вечной жизни слишком важен, чтобы решать его на основе простой веры. Почему нужно верить христианам, а не иудеям? Иудеям, а не язычникам? И т.д. О таких, как Плотин, апостол Павел писал: «Ибо и Иудеи требуют чудес, и Еллины ищут мудрости, а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие» (1 Кор. 1: 22–23). Плотин – классический эллин! Он приходит к христианам – ему говорят про крещение, причащение, – а он отвечает: «Это безумие! Я мудрости ищу. Понимаете, я ищу Бога, спасения, вечной жизни, а вы говорите мне: “Поверь нам”». Плотин ищет, требует разумных доказательств.

Почему из школы платоников он вышел со словами: «Вот что я искал»? Потому что Платон – научный философ. Он не просто говорит: «Верь мне!», он говорит: «Есть Бог, есть божественный мир идей, и мы вам докажем это, мы объясним, как в нем укорениться навечно». Поэтому Плотин и развивал платоновскую философию.

Кстати, он не считал себя оригинальным философом. Он – платоник и просто пытается понять глубину философии Платона. Но Плотин всё же создал свою философию, которую мы называем неоплатонизмом, хотя можно назвать ее и плотинизмом, потому что это самобытная философия, некоторых элементов которой у Платона мы не найдем. Например, учение о личности.

Спор о душе и ее сути

Итак, вернемся к обоснованиям превосходства мира духовного над материальным. Прежде всего надо доказать превосходство души над телом. В одном из самых ранних своих трактатов Плотин доказывает, что душа человека бессмертна, а поэтому превосходит тело (трактат так и называется – «О бессмертии души»). Кстати, аргументы, встречающиеся в этом трактате, мы находим в работах самых разных отцов и учителей Церкви: у Оригена, у святителя Григория Неокесарийского – ученика Оригена, у блаженного Августина, у преподобного Максима Исповедника – он приводит почти буквальные цитаты из трактата, у Псевдо-Дионисия Ареопагита и т.д. Так что идеи Плотина потом разойдутся по многим христианским трактатам!

Логика трактата «О бессмертии души» следующая. Философ говорит: существует пять теорий души: одна правильная, платоновская, и четыре неправильных – эпикурейская, стоическая, аристотелевская и пифагорейская. Он останавливается на каждой из этих четырех концепций, показывая их внутреннюю противоречивость.

Так, Эпикур учит, что душа состоит из атомов. Но, – замечает Плотин, – ведь атом сам по себе – материальная вещь, он не имеет в себе жизни. «Жизнью, – пишет Эпикур, – обладает совокупность атомов». Но откуда взялась бы жизнь в совокупности атомов, если каждый атом жизнью не обладает? Значит, получается, что нечто нематериальное объединяет эту совокупность атомов и дает ей жизнь.

Со стоиками спорить сложнее. Стоики, напомню, утверждали, что душа материальна. Душа есть такая тонкая материя. И хотя она и тонкая, невидимая глазами, но все равно – материя. Следовательно, будучи материей, душа должна обладать всеми свойствами материи. Например, любое тело всегда либо горячее, либо холодное, либо легкое, либо тяжелое – душа наша тоже должна быть такой. Но ведь случается, что, скажем, у больного человека температура тела повышается, а когда он выздоравливает, понижается, то есть одна и та же душа может повышать и понижать температуру. Огонь только греет, лед только охлаждает, а душа, что, может менять свое состояние? Или вот другой контраргумент. Любое материальное тело что-то берет из внешней среды и в нее что-то отдает: я расту телесно, мне нужна пища для роста, я ем – пища становится моим телом. А чем питается душа? Душа питается истиной, красотой, благом – а это не телесные категории! Далее. Если бы душа была материальной, у нас не было бы памяти, ведь наше тело постоянно изменяется (об этом говорит и современная наука, согласно которой тело раз в несколько лет полностью обновляется). А у нас остается память обо всех тех событиях, которые происходили с нами в далеком-далеком прошлом. Следующий аргумент. Если бы душа была телом, мышление не было бы возможным, поскольку мышление – вспоминаем Сократа – это оперирование понятиями, а понятия не имеют никакой материальной составляющей. Так что мышление, жизнь и прочие свойства человека могут быть объяснены только платоновской концепцией души как нематериальной сущности.

Если бы у нас не было души, не было бы ее конфликтов с нашим телом!

Перейдем к аристотелевской модели. Аристотель утверждает, что души вообще нет как субстанции. Душа, по Аристотелю, это энтелехия тела – его сущность. Умирает тело – умирает и душа: бессмертия души нет. Но если бы это было так, – пишет Плотин, – тогда тело полностью определяло бы все наши поступки. Человек полностью зависел бы от тела, потому что ничего другого в его природе нет! Но вся наша жизнь есть не что иное, как постоянный спор с нашими телесными желаниями: тело хочет спать, а я говорю: «У меня еще много дел». Тело хочет есть, а я говорю: «У меня сегодня строгий пост» и т.д. Так что явно существует что-то, что с телом вступает в противоречие, а значит, это не телесная сущность. Тело действует согласно с законами материального мира, следовательно, душа, вступая в противоречие с телом, нематериальна. Плотин тут доказывает даже не только то, что душа бессмертна, а то, что она в принципе есть. Если бы души у нас не было, не было бы у нас тех самых конфликтов с нашим телом – очень современный аргумент!

А что же пифагорейцы? Не Пифагор, а современные ему пифагорейцы тоже утверждали, что души нет, что это – лишь гармония тела. Они приводили такое сравнение: гармония лиры – это прекрасные звуки, которые издает определенная конструкция из дерева и овечьих кишок – струн. Так и тело наше: «правильно смешанные части тел образуют гармонию, то есть душу и жизнь». Я бы сравнил и это утверждение с современными научными взглядами. Пишут, что высшая нервная система, сложнейший человеческий мозг – это просто такая гармоничная структура, деятельность которой некоторые глупые люди называют душой… Но Плотин возражает на это так. Понятно, что дерево само лирой не станет. И струны сами не натянутся так, как нужно, и в таком порядке, как нужно, чтобы они издавали прекрасные звуки – для этого нужен мастер-настройщик. Поэтому и в теле гармония может появиться только тогда, когда есть душа – не телесная, не материальная, а отличающаяся от тела сущность, которая и дает жизнь и гармонию нашему телу.

Как видим, все разобранные концепции обнаруживают свою несостоятельность. Иное дело – платоновское учение, утверждающее, что душа нематериальна. Согласно Платону, если душа нематериальна, значит, она бессмертна, и значит, она божественна.

Итак, первую задачу Плотин выполнил: он доказал, что есть божественная, бессмертная душа. А существует ли божественный мир? Вот это вопрос более сложный, которому Плотин посвящает почти все свои работы. И, забегая вперед, скажу: рассуждения Плотина на эту тему С.Л. Франк и некоторые другие русские философы назвали самым лучшим доказательством существования Бога.

Видеть умом

Когда я мыслю, я вижу умопостигаемую субстанцию, иначе я ошибался бы при мышлении

Плотин исходит из несомненного факта своего собственного существования, а точнее – своего собственного мышления. Он продолжает линию Сократа: «Познай самого себя». Есть у Плотина одна фраза, которая, как мне кажется, помогает понять всю его философию: «Когда я мыслю, то я вижу умопостигаемую субстанцию, иначе я ошибался бы при мышлении». Как это понять? Я вижу, что передо мной стоят книги, но я могу подумать: может быть, я ошибаюсь, может быть, мне это показалось? Я спрашиваю у вас – вы оборачиваетесь, смотрите туда: действительно, книги есть – вы их тоже видите. Значит, книги действительно существуют. Я обращаюсь к своей душе и говорю: «Трижды три, вроде бы, девять». Но, может быть, я ошибаюсь? Я спрашиваю у вас – вы говорите: «Да, трижды три – девять». То есть как книги существуют объективно и независимо от меня, так же и математическая истина существует объективно, независимо от меня. Я могу выйти из кабинета, вернуться – книги на месте, никуда не исчезли. Я могу поговорить о Плотине, потом спросить: «Сколько будет трижды три?» «Девять» – тоже ничто не изменилось.

Плотин приводит и другие подобные аналогии и приходит к выводу, что мышление – это такое же зрение, только зрение умом, умозрение. Соответственно, существует такой же, как наш, мир, только наш постигается чувствами, а тот мир умопостигаем – я его вижу, когда мыслю. Потому что, если бы его не было, то каждый человек мог бы помыслить что угодно, в зависимости от его субъективных пристрастий. То есть как субъективны наши мнения о вкусе, так же субъективно мы бы рассуждали и о математических категориях, и о категориях мышления вообще.

Таким образом, если мы мыслим, познавая объективную истину, то мы смотрим на некоторую объективную реальность, то есть мышление – это умозрение, зрение умом. Недаром слово «теория» переводится с греческого как «созерцание». Как скажет позднее блаженный Августин, находившийся под большим влиянием Плотина: «Ничего не может быть нелепее утверждения, что видимое нашими глазами существует, а усматриваемое нашим умом не существует».

Душа и Единое

Плотин, таким образом, обнаруживает существование некоего умопостигаемого мира, который он называет словом «душа». Часто в современной литературе, чтобы отличить Душу как некоторую объективную субстанцию от души каждого конкретного человека, пишут с прописной буквы: Душа. С одной стороны, я ее обнаруживаю в себе, когда погружаюсь в свое собственное мышление. Но, с другой стороны, я понимаю, что именно эта Душа является совокупностью всех сущностей, которые я познаю. То, что составляло мир божественных идей у Платона или форм у Аристотеля, – это сущности, которые объемлют весь мир.

Плотин приходит к такому парадоксальному выводу: мировая Душа – во мне, в моей душе. Парадоксальному, потому что моя душа и мое тело – это единое целое. С одной стороны, мое тело – маленькая часть мира, а с другой стороны, весь этот мир находится в моей душе – логика не совсем обычная.

Но Плотин на этом не останавливается, он идет дальше в поисках в своей душе разного рода сущностей. Среди всех сущностей, существующих в душе, он находит одну сущность, которая выделяется из общего ряда. Это – само мышление! Я могу мыслить о математике, о философии, об истории, о богословии, но в любом случае я мыслю своим умом. Ум – это не вещь, которая мыслится, ум – это то, что мыслит. Поэтому Плотин обращает внимание именно на ум, на это центральное ядро нашей души. И показывает, что ум не принадлежит к уровню сущностей, которые находятся в душе, – он представляет собой отдельный, более высокий мир, чем мир Души. Философ его называет этим же словом – «Ум», по-гречески «нус». Ум может мыслить о чем угодно – даже о том, чего я пока еще совершенно не знаю и, возможно, никогда и не узнаю. В душе некое знание может проявиться, а может не проявиться (я могу познать, могу не познать), а в уме оно уже существует независимо от меня, в вечности! Поэтому Ум шире, чем душа. Это вечное, неизменное бытие. Ум – это отдельная ипостась. Слово «ипостась» вводит Плотин, но у него оно обозначает просто субстанцию (как в латинском переводе слова «ypo-stasis» – sub-stantia). Затем этот термин будет использовать Ориген, но уже для обозначения Лиц Пресвятой Троицы.

Как ум мыслящий и мыслимый может сохранять в себе единство?

Плотин подвергает исследованию ум и обнаруживает, что в уме мы замечаем двоякость: ведь когда я рассуждаю об уме, я познаю свой ум, но делаю я это при помощи своего собственного ума. Ум мыслит о себе. Получается, что ум, с одной стороны, – это ум, который мыслит, а с другой стороны, – это ум, который мыслится. То есть хоть он один, но раздваивается на субъект и объект: на ум мыслящий и ум мыслимый. Но как такое может быть? Как ум мыслящий и мыслимый может сохранять в себе единство? Это возможно только в том случае, если есть некое единство или, как пишет Плотин, – Единое, которое находится еще выше, чем этот ум. И это есть первая, самая высокая ипостась, которую он так и называет – «Единое». Единое непознаваемо именно потому, что оно единое, – ведь познаваемо только то, что может быть объектом для некоего субъекта. В Едином же нет разделения на объект и субъект, поэтому оно абсолютно непознаваемо.

Вот так Плотин выстраивает свою иерархию трех ипостасей: Мировая Душа, Ум, Единое, – которую потом использует для поиска ответов на два самых главных своих вопроса: как достичь бессмертия, вечного бытия? и как объяснить зло, существующее в нашем мире?

(Продолжение следует.)

Виктор Лега

13 января 2016 г.

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • В четверг — лучшие тематические подборки, истории читателей портала, новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту
Смотри также
Аристотель. Ч. 1. Зачем отцы Церкви обращались к его учению? Аристотель. Ч. 1. Зачем отцы Церкви обращались к его учению?
Виктор Лега
Аристотель. Ч. 1. Зачем отцы Церкви обращались к его учению? Аристотель
Часть 1. Зачем отцы Церкви обращались к его учению?
Виктор Лега
О том, почему теоретическое выше поэтического, есть ли у идеи идея идеи и как с помощью Аристотеля опровергнуть еретиков.
Почему Сократа называют христианином до Христа? Почему Сократа называют христианином до Христа?
Виктор Лега
Почему Сократа называют христианином до Христа? «Я готов умереть за свои слова, потому что говорю истину»
Почему Сократа называют христианином до Христа?
Виктор Лега
О том, как античный философ Сократ интуитивно дошел до христианского понимания Бога как Истины, почему считал, что люди совершают зло только из невежества, и за какие мысли его казнили соотечественники-язычники.
О значении кафоличности для Церкви<br>Эпизоды истории Западной Церкви V-IX вв. О значении кафоличности для Церкви
Эпизоды истории Западной Церкви V-IX вв.

Федор Гайда
О значении кафоличности для Церкви<br>Эпизоды истории Западной Церкви V-IX вв. О значении кафоличности для Церкви
Эпизоды истории Западной Церкви V-IX вв.
Федор Гайда
Ниже речь пойдет о том, как опасно богословствовать в отрыве от Вселенского Православия. Блаженный Аврелий Августин (354-430) канонизирован и почитается Церковью. На Западе он даже считается великим «учителем благодати». Однако и у святых были сочинения, Церковью осужденные.
Комментарии
Тамара Озвег24 января 2016, 11:00
Я некоторое время осмысливала прочитанное.Мне сразу пришли на ум слова Господа -" Сыне, даждь Ми сердце твое"- Это к словам Плотина,сказанными перед смертью-"А теперь я попытюсь слить то,что было божественного во мне. с тем, что есть божественного во Вселенной"-.Сердце,очищенное верой и покаянием, нужно от нас Господу,ибо такое сердце и является в нас божественным.После статьи Виктора Лега мне более понятен стал апостол Фома,которого иногда называют Фомой неверующим.Но Господь допустил , чтобы Фома опытно убедился в том, что это Он и осязал Его раны.И выходит, что исследование божественного умом Господь допустил. "Ум мыслящий и ум мыслимый" лучше не скажешь, в этом случае в уме происходит нечто,что дает осознать непостижимость Единого.Сердце, очищенное верой и покаянием в соединении с пытливым и осознающим своё место умом, приводит к глубокой Вере в Единого и Непостижимого Бога!
Григорий21 января 2016, 18:00
Вопрос к Виктору Петровичу: считаете ли Вы, что автор корпуса "Ареопагитик" неизвестен? В статье Вы называете его "Псевдо-Дионисий", хотя Православная Церковь ясно утверждает, что автором корпуса является святой Дионисий Ареопагит, ученик апостола Павла. Как же может ошибаться Православная Церковь, которая есть "столп и утверждение истины" (1 Тим. 3:15)? Ведь всё-таки Церковь опирается на Священное Предание, когда говорит, что "Ареопагитики" написал святой Дионисий. Получается Священное Предание нас обманывает? Заранее благодарен за ответ.
АлександрГ. 14 января 2016, 23:00
Михаил, попробую объяснить Вам простым человеческим, а не философским языком. Ум, это опция. И как всякая опция, поставляется дополнительно и за дополнительные "деньги". То есть в мозги ум "вставляется" опционально. Или не "вставляется". Это, кому как "повезет". Следствием чего, в повседневной жизни нам встречаются люди умные и не очень, а иногда и просто глупые. Ибо для некоторых мозгов "опция ума недоступна" в принципе. Операционная система, не та. От того и просят верующие в своих молитвах, Премудрости Божией, ибо в отличие от материалистов-атеистов хорошо понимают, что их человеческий "ум", перед Богом зачастую оказывается обычной глупостью.
Михаил14 января 2016, 00:00
"Ум может мыслить о чем угодно – даже о том, чего я пока еще совершенно не знаю и, возможно, никогда и не узнаю." Странная мысль. Как ум может мыслить отдельно от человека? "В душе некое знание может проявиться, а может не проявиться (я могу познать, могу не познать), а в уме оно уже существует независимо от меня, в вечности!" Ну вы даёте! Ум-то мой! Как знание может существовать в моём уме независимо от меня? "Поэтому Плотин обращает внимание именно на ум, на это центральное ядро нашей души. И показывает, что ум не принадлежит к уровню сущностей, которые находятся в душе, – он представляет собой отдельный, более высокий мир, чем мир Души." Ум - центральное ядро нашей души и тут же - ум не принадлежит к уровню сущностей, которые находятся в душе. Так ум является ядром души или не является?
Алексей Валуев13 января 2016, 17:00
т.е. некоторые святые отцы говорили не от Святаго Духа, а от философов?
Ольга13 января 2016, 16:00
Спасибо за интересную статью! Видно, сколько приложено труда! Когда я просто верю сердцем-это одно, а когда ,( прочитав статью),пополняешь веру знаниями,то это помогает в трудностях и испытаниях!!! Спаси вас Господь!
ГАЛИНА13 января 2016, 14:00
КАК ИНТЕРЕСНО!ПОЧАЩЕ ПУБЛИКУЙТЕ ТАКИЕ СТАТЬИ!
Александр13 января 2016, 13:00
Очень интересный материал, спасиБо, Виктор! Требует больших усилий, с первого подхода эту "штангу" не возьмёшь.:) Cам собой напрашивается вывод, что объять необъятное невозможно, в смысле-Бога, и поэтому вера спасительна! Я даже чувствую Его снисходительную улыбку, Он нас всё равно любит!
Геннадий13 января 2016, 11:00
Здорово написано но для меня тяжеловато это как "молодое вино влитое в ветхие мехи" буду переваривать. Спаси Господи
Здесь Вы можете оставить свой комментарий к данной статье. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке