Habent sua fata libelli

Цикл «Сила книги». Статья 9-я

    

Блокадный Августин

«У книг есть своя судьба». Это одно из крылатых латинских выражений. Сам по себе похожий на конструктор, по-своему изящный, но все же более строгий и чеканный, латинский язык породил множество крылатых выражений. Крылатых скорее как самолеты, нежели как птицы. Фраза о собственной судьбе книжек одна из таких. За судьбами книг можно следить так же пристально и с таким же удивлением, как за судьбами людей.

Самый удивительный перевод Августина – Марии Ефимовны Сергеенко: он был сделан в блокадном Ленинграде

Вот «Исповедь» Августина – книга, которую на пути получения знаний совершенно не объедешь. Книга, которую ты обязан прочитать хоть в юношестве на студенческой скамье, хоть в зрелости, зашивая дыры в образовании. В XVIII веке ее переводит игумен Агапит (Скворцов) и она выходит под редакцией митрополита Платона (Левшина). В XIX веке Киевская духовная академия делает свой перевод. Автор – Подгурский. Но самый удивительный перевод, соперничающий с оригиналом по обстоятельствам написания и степени посвящения Богу, – это перевод Марии Ефимовны Сергеенко. Блаженный Августин под ее пером заговорил по-русски в блокадном Ленинграде. Люди сходили с ума от страха, падали в голодные обмороки, забывали вкус самой привычной когда-то пищи и жевали клейстер. Люди умирали массово, а у оставшихся в живых не было сил рыть могилы. И в это время в одной из нетопленых ленинградских квартир 50-летняя женщина кутается в тряпье и дышит на пальцы. Перед ней листы бумаги и латинский текст сердечных терзаний самого плодовитого отца Западной Церкви. Не карай меня, Господи, если я неправ, но думается мне, что блокадный город выжил и враг со временем был отброшен не только благодаря военным усилиям. Просто трудно побеждать осажденные города, в которых голодные люди заняты богословскими переводами.

У последней черты

Такие открытия у каждого свои. Для того чтобы их совершить, нужно не просто прочесть книгу. Нужно прочесть что-то об авторе, об обстоятельствах написания текста, об исторической эпохе. Собственно, нужно вписать текст в контекст или, вернее, сделать контекст для себя очевидным. А тексты вне своего собственного контекста не живут. Это должно быть ясно. Вот попадает мне в руки книга Н. Бердяева «Русская идея». Все мне в ней по душе. Много любви к Родине, много знаний, пропущенных через сердце. Русская жажды свободы, русское рабство, простор и бегство. Жестокость в быту, а рядом – отречение, аскеза, святость. То бегство из истории, то страстные потуги весь мир изменить. Всё это нужно читать и обдумывать. А потом идти по ссылкам и находить в словарях и энциклопедиях неизвестные имена, незнакомые книги…

«Русская идея» написана Бердяевым за два года до прощания его души с землей – и этот факт делает книгу еще интересней

Но вот в конце книги дата – 1946 год. В 1948 году Бердяев умрет от разрыва сердца. Книга написана за два года до прощания его души с землей и до встречи его же тела всё с той же землей. Автору 72 года. И этот факт делает книгу еще интересней. Вы разговаривали со стариками, которым за 70? Согласитесь, не все из них обладают твердой памятью, жарким сердцем и сложившимся мировоззрением. Бердяев не из иного теста. Но он не очень стандартен. «Я, – говорит престарелый автор, – пережил три войны, из которых две названы мировыми. Пережил две русские революции, кризис европейской культуры, русский коммунизм, переворот в Германии, оккупацию Франции, изгнание. Я сидел четыре раза в тюрьме: два раза при старом режиме и два при новом. Очевидно, я умру в изгнании». Вчитайтесь в эти слова старика, стоящего одной ногой в могиле. Это именно он пишет за два года до смерти проникновенную книгу о русской мысли, о ее блужданиях и озарениях. Скажите, у вас не возникает невольное уважение к этому рыцарю духа, даже если ваши взгляды не совпадают с его мыслями? Мне лично кажется, что достоинство книг такого писателя вырастает по мере умножения скорбей его и по мере приближения к той яме, из которой придется воскреснуть.

Сверх судьбы

Сергеенко и Бердяев. Этих имен много. Книги каждого человека, пишущего их, носят родовые черты. Это больше дети, чем книги. Книги Кафки, не имевшего детей, похожи на творческие зародыши, так и не легшие при жизни отца на прилавки в виде готового продукта. Книги Ф. Достоевского, писанные чуть ли не на колене, но разошедшиеся словно горячие пирожки. Книги В. Розанова, слепленные из статей и взрывающие спящий мозг оплывшего мысленным жиром обывателя. Все эти книги и еще другие такие же – это живые дети, родившиеся от живых родителей. Они носят в себе генотип папаши, даже если на словах декларируют полную дистанцированность от последнего. «Нет, Алеша, ты моя кровь. Ты тоже Карамазов», – имеет полное право сказать старый развратник молодому послушнику.

Если бы Сервантес не был ранен в битве при Лепанто… Если бы Достоевский не отмучил каторгу… Если бы Хемингуэй не был в Испании… Литература была бы иная. И изучать ее в отрыве от судьбы авторов такое же безумие, как и объяснять все повороты сюжетов обстоятельствами жизни писателей. И то, и другое лишь части правды. А вся правда не слагается из соединения первого и второго. Есть еще что-то… Читайте книги и читайте биографии. Но знайте, что есть еще что-то…

Православие.Ru рассчитывает на Вашу помощь!
Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту
Смотри также
Занимайся словом Бога! Занимайся словом Бога!
Прот. Андрей Ткачев
Занимайся словом Бога! Занимайся словом Бога!
Цикл «Сила книги». Статья 7-я
Протоиерей Андрей Ткачев
У нас непременно должна быть горячая любовь к словам Господа. Да и зачем мы вообще умеем читать, если не будем читать Писание? А аргументы, которыми отмахиваются от ветхозаветной заповеди читать, вовсе и не аргументы.
Тексты-убийцы Тексты-убийцы
Прот. Андрей Ткачев
Тексты-убийцы Тексты-убийцы
Цикл «Сила книги». Статья 6-я
Протоиерей Андрей Ткачев
Легкомысленных Бурбонов уничтожили ровно ставшие в ряд, наподобие войска, слова и буквы. Российскую империю тоже. С газетенки ведь всё начиналось.
А подать сюда… автора! А подать сюда… автора!
Прот. Андрей Ткачев
А подать сюда… автора! А подать сюда… автора!
Цикл «Сила книги». Статья 5-я
Протоиерей Андрей Ткачев
Ты не книгу просто читаешь – ты с душой человека общаешься. Эту тайну чтения нужно во все школьные программы включить. Тексты текстами, но душа, текст родившая, всегда больше текста, рожденного ею. И в книгах нужно не слова искать, а душу.
Комментарии
А 2 ноября 2016, 18:06
Дай нам Господи больше таких священников по всей нашей необьятной Родине .
Natalia Street 2 ноября 2016, 12:04
Самое интересное, когда, прочитав книги, находишь интересного собеседника. Я думаю, что очень много нас, кто не пишет на сайт, но радуется, что больше и больше нас - любящих книгу, воспитывающих сердце, ум, развивающих наш родной язык, объединяющих. Привет всем вам. Будем думать друг о друге.
Илона 2 ноября 2016, 01:37
Отец Андрей, спасибо большое за Ваши статьи! Божией помощи!
Александр Бутов 1 ноября 2016, 17:23
Храни Вас, Господи, дорогой отец Андрей, в добром здравии и долгоденствии!
Ольга 1 ноября 2016, 16:04
Читаю статьи отца Андрея и вспоминаю свою учительницу по литературе - Валентину Георгиевну Павлову. Помолитесь о упокоении её души. Она учила видеть сквозь строчки главный смысл, скрытый в написанном. И читать мы тогда не очень любили, а сейчас это необходимо, как воздух. И нужно тревожить засыпающую от нашей жирной жизни душу такими размышлениями о книгах. Читать книги! И славить Бога за всё то, что нам дано!
прот. Борис 1 ноября 2016, 15:31
Книг в наще время очень много, а не хватает примеров истинной христианской жизни - как прочитанное в православных книгах применять.
иеромонах Авель 1 ноября 2016, 15:21
Ну, отец Андрей врядли рекламирует того или иного писателя или показывает\канонизирует\навязывает свои предпочтения. Тут как бы, насколько я могу понять, автор говорит, что то или иное произведение можно понять правильно\глубже, если смотреть на произведение глазами автора, его ценностями, обретёнными к соответствующему периоду жизни. "У кого чего болит, тот о том и говорит"... Вот если знать ту боль, ту иерархию ценностей в период написания творения, то тогда и только тогда произведение будет понято верно, будет понят замысел автора. И если нота, звучащая в произведении, искрення, чиста и дышит вечностью, то и у книги судьба не будет коротка...
Читательница (Подмосковье) 1 ноября 2016, 11:20
Каких неоднозначных русских философов приводит в пример автор! Н. А. Бердяев, В.В. Розанов...Последнему немало досталось от первого за его «вечно бабье». Читать, конечно, нужно и того, и другого, причем, Бердяева – начиная с его «Самопознания», но при этом не забывать, что еще есть А.С. Хомяков – и не только в интерпретации Н.А. Бердяева, и есть русская идея в понимании И. А. Ильина…
Маргарита 1 ноября 2016, 10:13
С каким удовольствием читаю Ваши статьи,батюшка!Таких бы учителей в нашу школу.Божьей помощи, отец Андрей.
Владислав 1 ноября 2016, 09:30
Лично мне не интересен Бердяев, мировоззрение которого полностью противоречит православному. А "Исповедь" - да, прекрасная книга, полезная.
Анна 1 ноября 2016, 08:53
Слава Богу! Только вчера мучилась - что прочитать полезное для души. И вот, такой богатый выбор!
1 ноября 2016, 06:40
СПАСИ ГОСПОДИ!ЭТО ИНТЕРЕСНО.
тамара 1 ноября 2016, 01:16
Да,батюшка,есть что-то ещё...Божией Вам помощи ,отец Андрей.
Здесь вы можете оставить к данной статье свой комментарий, не превышающий 700 символов. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке

Осталось символов: 700

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
×