|
![]() |
![]() |
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
| ПРАВОСЛАВИЕ.RU |
Интернет-журнал / Общество
вКонтакте
FaceBook
LiveJournal
Twitter
YouTube
|
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
«По-над пропастью, по самому краю…»
Сегодня на одной лишь Украине, согласно официальным данным, зарегистрировано более 80 тысяч наркозависимых людей. Но специалисты утверждают, что эту цифру можно смело увеличить в 10 и более раз. Украинская наркотизация занимает одно из первых мест в Европе и мире, и эту проблему, по мнению некоторых экспертов, необходимо вынести на рассмотрение Совета национальной безопасности и обороны Украины. Параллельно проявилась и оборотная сторона медали: на горе и безысходности родных и близких наркозависимых стали наживаться дельцы «от медицины» и просто «братки», напялившие на себя личину «борцов» с наркоманией, ибо стоимость месячного курса лечения от наркозависимости в большинстве платных (а других ныне не имеется) медицинских учреждений, в том числе и государственных, колеблется от одной до трех и более тысяч долларов США. Троицкие центры реабилитации
Почти месяц я, как журналист, посещал занятия в Троицких центрах, наблюдал, помногу часов беседовал с Юлией Сергеевной о наркологической проблеме в обществе, о судьбах молодых людей и их родственников, вырвавшихся из смертоносных наркотических и алкогольных клещей. И меня, бывалого журналиста, буквально сразили энтузиазм, энергия этой неутомимой 48-летней женщины, имеющей три высших образования, сделавшей в свое время блистательную карьеру – она была президентом крупного холдинга информационных технологий – и в одночасье оставившей крупный бизнес, отказавшейся от призрачных ценностей бушующего страстями мира. Господь послал ей огромное испытание: ее дочь Н., благополучная и талантливая, оказалась в страшном плену наркотиков. Когда-то, чтобы хоть как-то продержаться в кризисные 1990-е годы, Юлия Сергеевна устроилась водителем троллейбуса, затем занялась бизнесом. В круговерти нового успешного дела она и не заметила, как дочь переступила роковую черту. Иногда на занятиях Юлия Сергеевна, теперь воцерковившаяся, рассказывает своим слушателям притчу об оступившемся в горах человеке, который повис над пропастью, удержавшись за росшее на склоне горы деревцо. Он взмолился: «Господи, если Ты есть, спаси меня!». И услышал в ответ: «Отпусти деревцо – и спасешься». Но безбожник убоялся, не доверился Божией деснице и разбился. Юлия Сергеевна не убоялась отпустить деревцо, отдать себя воле Божией. И научить этому свою дочь. Битва за дочь длилась несколько лет. Но когда отступились врачи, и казалось, что все усилия тщетны, пришел на помощь Господь и, как говорит Юлия Сергеевна, «нарушил естества чин»: дочь выздоровела, наркотический плен выпустил свою жертву. Но сама Юлия Сергеевна, прошедшая сквозь горнило испытаний, постигшая, что такое борьба с наркозависимостью на собственном опыте, уже не смогла вернуться к прежнему роду занятий, которые показались такими малозначительными рядом с человеческими трагедиями и сломанными судьбами. «Я занимаюсь изучением этой проблемы уже двенадцатый год, – говорит Юлия Сергеевна. – И убеждена: прежде всего нам сегодня необходимо создание единой государственной модели реабилитации нарко- и алкозависимых. Чтобы в каждой области, в каждом регионе был бесплатный реабилитационный центр, работающий по единой методике, куда человек сможет прийти и бесплатно получить необходимую медицинскую помощь». Троицкие реабилитационные центры, судя по всему, единственные бесплатные в Киеве, да и на Украине. Однако они все дневные, а, по мнению Ю.С. Яшиной, необходимы бесплатные стационары. Юлия Сергеевна рассказала о многолетних мытарствах по чиновничьим кабинетам различных рангов, о бесчисленных встречах с представителями депутатского городского и государственного корпусов. Миловидную энергичную женщину, говорящую о столь важной проблеме, как правило, встречают «с пониманием и участием», но дело быстро «сворачивается», когда речь заходит о реальной действенной помощи. Накануне майских праздников Юлию Сергеевну Яшину принял министр по вопросам молодежи и спорта Украины, с удивлением узнавший, что Православная Церковь занимается проблемой наркомании и алкоголизма: он считал, что эта область – удел протестантских и неопротестантских движений. И обещал подобрать помещение для стационара и найти материальные средства. Юлия Сергеевна покинула министерский кабинет обнадеженной, но не уверенной, что такое «диво» вдруг произойдет. Мне довелось присутствовать на выпускном вечере полуторамесячных курсов для родителей и родственников наркозависимых, занятия с которыми сама Юлия Сергеевна и ее помощники проводят по вечерам ежедневно, кроме воскресенья. При этом оговорюсь, что руководители, все лекторы и преподаватели Троицких центров получают зарплату, которую одиннадцать лет Юлия Сергеевна изыскивает через благотворительные структуры. Во многом помогает и Православная Церковь, в том числе и пастырским участием в работе с наркозависимыми и их родственниками, но жизнь подсказывает: нужны постоянные плановые дотации с учетом все возрастающих потребностей, так как число приходящих в Троицкие центры людей растет. На выпускном вечере был концерт и сладкий стол. Но главное – много-много сердечного тепла. Я видел слезы благодарности в глазах людей, преодолевших первые ступени в борьбе за своих детей и близких, понявших: выход есть, и Господь их не оставит. У храма Агапита Печерского
– Борьба с наркозависимостью не должна быть только делом частной инициативы. Люди, на чьей совести лежит ответственность за судьбу народа, – и власть, и Церковь – не должны проходить мимо таких энтузиастов в деле борьбы за человеческие души, за будущее людей, за будущее их детей, за будущее нашей страны, в конце концов. Нужно всячески поддерживать инициативы таких людей, волонтеров, энтузиастов, иначе эти инициативы заглохнут, потому что не в силах одному человеку без поддержки государства нести на себе сверхтяжелые грузы. – Вы с такой тревогой говорите о ближайшем будущем, что неподготовленный человек может подумать о конце света. – Мне кажется, в связи с затронутой проблемой уже давно пора говорить о конце истории нашего народа. Без сгущения красок, без истерии говорить о том, что если правильные оценки, выводы и шаги не будут сделаны – следует готовиться к малому апокалипсису. Не выжить нам всем даже в два-три ближайших десятилетия. Это факт, это наша жестокая реальность. Если учесть, каково число заключенных в тюрьмах, число болеющих там туберкулезом, число людей, страдающих одиночеством в распавшихся семьях, учесть такие кризисные области, как наркомания, алкоголизм, другие опасные категории, учесть аборты и детскую преступность, то получится, что это 70% населения Украины. А остальные 30% – это их родственники, которых также напрямую касается эта проблема. То есть 100% нашей паствы, нашего населения нуждается в срочных мерах помощи. – Отец Андрей, хотелось бы, чтобы вы провели грань между, скажем, сегодняшним экономическим кризисом и нарко- и алкозависимостью молодого поколения. – Есть вопросы сложности жизни, а есть вопросы жизни и смерти. В данном случае речь о вопросах жизни и смерти. Если общество этого не поймет, тогда не имеет смысла говорить и о будущем. А если мы это поймем, осознаем и захотим увидеть эту проблему в реальности, в масштабах, в ее ужасающей перспективе, если у общества будет такой благой испуг, тогда станет очевидным: с этой проблемой нужно работать масштабно, по- государственному. Как работает и мобилизуется государство во время эпидемии, например, при землетрясении, пожарах. К проблемам наркозависимости на местах должны подключаться люди, у которых для этого хватает энергии и желания. Те, кто обязан этим напрямую заниматься, – чиновники и общественность. Такая работа должна носить массовый характер. Вначале на уровне обмена информацией, затем – обмена опытом, а затем – на государственном уровне. В целях выживания. Не потому, что государство доброе такое и помогает семьям наркозависимых, алкоголикам, создает больницы и клиники за свой счет, нет. Это вопрос стратегический. Государство должно содействовать всякой благой инициативе, которая подтвердилась своей жизнеспособностью. Инициатива, которая прожила год, два, три и дала свои плоды, но умирает из-за того, что она живет личными усилиями, безусловно, должна быть поддержана. – Отец Андрей, это ведь имеет прямое отношение и к демографическому кризису, как сейчас принято говорить. Ведь население Украины стремительно уменьшается, и эти «потери» исчисляются миллионами за краткий период нашей молодой государственности. Но многие молодые люди просто не знают, что им делать, куда идти, что ценно, а что второстепенно. Наконец, они ничего не знают о Боге, о вере, о наших духовных традициях… – Чтобы говорить о том, как жить, следует ответить на вопрос: зачем жить? Человечество давно дожило до того вопроса, который был сформулирован одним из экзистенциалистов: стоит ли жизнь того, чтобы ее прожить? Другими словами: не знаю, зачем жить! Поэтому такие люди лишают себя жизни в одночасье либо медленно. Наркомания, алкоголизм, аборты, сексуальная распущенность и прочие явления этого ряда – это сознательная или бессознательная реакция на вопрос: зачем жить? И этот вопрос напрямую связан с аксиологией – областью ценностей. Есть ли у тебя какие-то ценности, настоящие, не меняющиеся от курса доллара или от перемены места жительства, есть ли у тебя какие-то вечные, метафизические ценности? Если их нет, то ты – медленный самоубийца. У человечества, как говорил Достоевский, настоящие проблемы начинают решаться тогда, когда у людей есть хлеб на каждый день (это и об упомянутом вами экономическом кризисе). Но если хлеба на каждый день не хватает, то человек начинает задумываться, как выжить. А когда есть хлеб на каждый день, человек начинает думать, зачем жить. Если на последний вопрос он не найдет ответ, то он начнет понемногу разлагаться. – Это о государстве и обществе в целом. А Церковь? – Церковь здесь обязана не только и не столько спонсировать детские дома или волонтерские движения, сколько способствовать тому, чтобы воссиял свет разума у людей. Чтобы люди узнали, что кроме этого мира есть иной мир, что эта жизнь есть приготовление к иной жизни. Чтоб эти слова звучали качественно и прочувствованно, аргументировано, как можно чаще, чтобы они были темой всенародных обсуждений. А не, простите, церковным ток-шоу с переливанием из пустого в порожнее малых капель здравого смысла. Должны подниматься вопросы эсхатологические: зачем жить? Церковь должна формировать как бы умность мировоззренческую в обществе. – Насколько, по-вашему, деятельность современного духовенства соответствует остроте этой проблематики – я имею в виду алкоголизм и наркоманию? – Современный священник может больше сделать, чем ему кажется. Вызов времени огромен, а наличность нам кажется малой по отношению к этому вызову. Но это кажущееся убожество. Потому что, в принципе, человек на многое способен. Под лежачий камень вода не течет, если какой-то пастырь думает, что он не может, он и не берется за это дело. Но надо просто включить свой ресурс. В известной доле ты не можешь, потому что не хочешь. Но раз ты захочешь, тогда и можешь. А раз ты можешь, тогда и должен. Поэтому любому пастырю нужно браться за это дело, прежде всего в пределах своего прихода. Браться за своих бедняков, чтобы они не были столь ужасающе бедны (у каждого прихода достаточно внутренних ресурсов для того, чтобы помочь стать менее бедными: сделать их не богатыми, но менее бедными). Нужно браться за своих детей на приходе, за своих алкашей и наркоманов. За все нужно браться, что требует помощи и духовного вмешательства. Конечно, стопроцентного успеха не будет никогда, но даже трехпроцентный успех никогда не останется незамеченным. Поэтому нужно трудиться. Нужно призвать духовенство к внелитургической активности. – Но этому нужно учить еще на семинарской скамье, и сейчас такие программы вводятся в духовных школах на Украине. – Да, реформа духовных школ отчасти осуществляется. Митрополит Киевский и всея Украины Владимир не раз говорил об этом. Нужно, чтобы будущие пастыри владели иностранными языками, осваивали интернет-пространство, чтобы они были в курсе современных политических и религиозных событий, чтобы они вторгались в сферу образования и получали два высших образования – одно духовное, другое светское – И в результате?.. – Повысится образовательный уровень духовенства, его связь с многоликой паствой, степень авторитетности священника. Потому что в глазах людей такой батюшка уже не просто кадилом машет, но он еще и специалист в области истории, литературы, искусства, психологии или чего-то еще. Это очень сильно возвышает Церковь в глазах мира. Все это – серьезное направление и в такой сфере, как работа с нарко- и алкозависимыми людьми. Над этим стоит работать духовным школам, к этому нужно стимулировать молодое духовенство, соискателей духовных степеней. Нужно обязательно вторгаться в те области, которые до сих пор не заняты священством. И в аудитории студенческой, школьной, и в среде молодежных организаций… Я давно ловлю себя на мысли, например, что лучшим гидом в истории средневекового искусства может быть только священник. Ну, кто вам объяснит, например, картину Босха «Искушение святого Антония» лучше, чем священник? – Получается, что высокообразованность священника – это требование нашего времени? – Мир требует всего этого. Миру как бы заклеен скотчем рот, но мир как бы немыми глазами взывает к Церкви: ну дайте нам вот таких людей, которые скажут нам слово, которое воодушевит нас. Мир этого хочет, и Церковь обязана реагировать на это хотение. Священство должно выходить из сферы обслуживания узко-религиозных потребностей, перестать работать в режиме похоронной команды. Конечно же, нужны и требы, они необходимы, но нужно выйти на более широкий уровень и войти в те области социальных проблем, в частности проблем наркомании и алкоголизма, где уже идет война за человеческие души. Как говорил Иоанн Златоуст, нужно намазаться маслом, как борцы на арене, и броситься в бой, схватиться с противником – многоликим миром. Потому что борьба против человеческой души идет сейчас 24 часа в сутки. Борьба против ума, против совести, против целомудрия, против веры, воли – борьба на расслабление, борьба на погашение духовных сил ведется 24 часа в сутки. А борьба за душу ведется, дай Бог, раз-два в неделю. И этого критически мало. Поэтому, по апостолу Павлу, «облечемся во всеоружие Божие, чтобы нам можно было стать против козней диавольских, потому что наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной» (Еф. 6: 11–12). *** Я уходил от возводящегося здания храма Агапита Печерского, где на зеленой скамье под майскими кленами мы беседовали с отцом Андреем. Вдруг к колокольной площадке, установленной пока на земле, подбежал трехлетний малыш, взялся за верви, привязанные к языкам колоколов, и стал звонить. Я достал фотоаппарат и поймал этот кадр, подумав при этом: это Господь через младенца взывает к нам, взрослым, чтобы мы все задумались о будущем этих детей и постарались уберечь их от зла.
Комментарии читателей:2009-07-22 2009-06-18 2009-05-20 2009-05-16 2009-05-14 2009-05-13 2009-05-12 2009-05-12 Ваш комментарий: |
Другие статьи автора
| ||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
Архив | RSS | Карта сайта | Поиск |
ВКонтакте FaceBook ЖЖ Twitter YouTube |
FaceBook Twitter |
| © 1999–2011 Православие.Ru При перепечатке ссылка на Православие.Ru обязательна |
Контактная информация |
|
||||||