Смысл анафемы

В беседе с корреспондентом «Труда» смысл анафемы как высшей меры церковного наказания человека раскрывает священник Максим Козлов, настоятель Татианинской церкви МГУ, доцент Московской духовной академии, кандидат богословия.

Торжество Православия
Торжество Православия
– Видимо, отец Максим, разговор естественно начать с выяснения значения самого термина «анафема». Большая советская энциклопедия утверждает, что в христианстве это «церковное проклятие, отлучение от церкви». Так ли?

– «Анафема» – слово греческое, восходит к глаголу «анатифими», означающему «возлагать, предавать кому-либо что-либо». Анафема – то, что отдано, вручено в абсолютную волю, в абсолютное владение кому бы то ни было. В церковном же значении анафема – то, что предано на окончательный суд Божий и о чем (или о ком) Церковь уже не имеет ни своего попечения, ни своей молитвы. Объявляя кому-то анафему, она тем самым открыто свидетельствует: данный человек, пусть даже и именует себя христианином, таков, что своим мировоззрением и поступками сам удостоверил – к Церкви Христовой он не имеет никакого отношения.

Так что анафема – это никакое не «проклятие церковное», как вслед за Большой советской энциклопедией считают иные люди или безграмотно трактуют мирские СМИ; это и не отлучение от Церкви в светском понимании этого термина. Конечно, преданный анафеме уже не вправе участвовать в жизни Церкви: исповедоваться, причащаться, быть на богослужениях. Но отлучение от церковного общения, как таковое, бывает и без анафемы. По нашим канонам, тяжко согрешивший может на известный срок отстраняться от участия в церковных Таинствах… Поэтому анафема означает не просто отлучение, а свидетельствование Церкви о том, о чем виновный, со своей стороны, давно сам знал и был в том утвержден: его мироощущение, позиции и взгляды с церковными никак не совпадают, никак не соотносятся.

– Верно ли, что впервые все вероотступники были преданы анафеме в IX веке, после победы Церкви над ересью иконоборчества?

– Это не совсем так. Уже в апостольских посланиях говорится о предании анафеме тех, кто не исповедует Христа Сыном Божиим, считая Его всего лишь мудрым учителем нравственности или неким идеальным пророком. Святой апостол Павел писал: «Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема». Анафемы объявлялись, конечно, и на Вселенских Соборах. Так, в IV веке был осужден пресвитер Александрийской церкви Арий, отрицавший, что Сын Божий во всем равен Отцу. В V веке такая же участь постигла константинопольского патриарха Нестория, ложно учившего о соединении Божественной и человеческой природы во Христе. Такие церковные суды были вплоть до VII Вселенского Собора, на котором были преданы анафеме иконоборцы.

В 842 году в Греческой Церкви в первое воскресенье Великого поста был впервые совершен праздник Торжества Православия в знак победы над всеми ересями, осужденными на Вселенских Соборах, и вообще над всеми нечестивыми антихристианскими учениями. Богослужебный чин этого праздника включал в себя, во-первых, провозглашение вечной памяти подвижникам благочестия, защитникам веры, во-вторых, провозглашение многолетия царям, патриархам и иным ныне сущим защитникам веры и, наконец, объявление анафемы главнейшим ересям и их носителям.

– Этот праздничный чин и сейчас совершается в нашей Церкви?

– В Неделю Торжества Православия («неделя» на славянском означает «воскресенье») этот чин полностью совершался у нас до большевистской революции 1917 года. И хотя никакого специального церковного постановления на сей счет не было, анафему перестали объявлять, чтобы не усугублять и без того враждебное отношение новой власти к Церкви. Данный чин в качестве общецерковного на сегодня не восстановлен, что представляется разумным, поскольку он конечно же нуждается в уточнении – применительно к нынешней церковной ситуации. Какой резон предавать анафеме несуществующих ариан или во многом отошедших от давних заблуждений преемников тех же несториан, если сегодня россияне буквально стонут от вакханалии враждебных Православию тоталитарных сект, псевдохристианских «учений» и лжехристов?

– К вопросу восстановления чина анафематствования мы позже обязательно вернемся, а пока хотелось бы поговорить об особо громких осуждениях в нашей церковной истории. Некоторые люди и сейчас задаются вопросом: не переборщила ли в свое время Церковь с отлучением Льва Николаевича Толстого?

– Признавая его одним из величайших русских писателей, Церковь вместе с тем не могла умолчать о религиозных заблуждениях писателя, ибо «молчанием предается Бог». Только не нужно представлять то событие по известному рассказу Куприна, с амвонов русских церквей анафема «боярину Льву» никогда не провозглашалась – это художественный домысел автора. В действительности же очень выдержанное Синодальное определение от 22 февраля 1901 года было свидетельствованием собственных взглядов писателя. Он к тому времени в своих религиозно-философских исканиях сам пришел и к отрицанию необходимости Церкви и ее Таинств – Крещения, Исповеди, Причастия, и к отрицанию основного постулата христианства – что Христос является действительно Сыном Божиим. Наконец, писатель дерзнул составить «Евангелие, изложенное Львом Толстым», в гордыне своей считая, что он лучше всех из живших на протяжении девятнадцати веков до него, лучше всех понял, чему учил Христос… «…Посему Церковь не считает его своим членом и не может считать, доколе он не раскается и не восстановит своего общения с нею…» – говорилось в церковном определении. Напомню, что Лев Николаевич незадолго до смерти был в Оптиной пустыни, но войти в келью старца так и не решился, а в дальнейшем уже оптинского старца не допустили к умиравшему писателю. Так что окончательным для него был суд Божий.

– А чем объясняется предание анафеме такой личности, как гетман Мазепа?

– Не только он, изменник Отечества, но и Гришка Отрепьев, и Степашка Разин были отлучены от Церкви не по вероучительным основаниям, а как враги государства. В те времена существовало принципиальное понимание «симфонии властей» – церковной и светской. Первая заботилась о нравственном здоровье народа, вторая – о безопасности государства и защите самой Церкви. Всякий, кто восставал против государства, восставал не только против монархии, но против Державы, на протяжении веков являвшейся оплотом вселенского Православия. В силу этого антигосударственные действия одновременно расценивались и как антицерковные, поэтому виновные в них подвергались и церковному осуждению через анафематствование.

– В последние годы за антицерковную деятельность были преданы анафеме бывший митрополит Филарет (Денисенко), бывший священник Глеб Якунин… Скажите, у них и у других столь же сурово осужденных Церковью людей в принципе сохраняется возможность возвращения в Дом Божий?

– Анафема – это не только свидетельство церковному миру о виновных, но и свидетельство, обращенное к ним самим, к этим несчастным, впавшим в прелесть, в гордое самоослепление людям: «Одумайтесь! Предельный возможный суд на земле о вас вынесен. Покайтесь в содеянном и вернитесь в отчий дом, в родную Церковь». Как ни странным это кому-то покажется, но анафема есть и свидетельство христианской любви к уже, казалось бы, окончательно заблудшим людям, анафема все-таки не лишает их путей к покаянию.

Чин анафемы с людей, глубоко раскаявшихся, отказавшихся от своих заблуждений, снимается, восстанавливается полнота их пребывания в Церкви, они могут вновь приступить к Таинствам, а самое главное – они опять получают возможность спасения. Единственное, что не может быть им возвращено, – это прежний сан.

– Интересно, а существует ли анафематствование в Римско-католической церкви?

– В Ватикане есть Конгрегация по вопросам вероучения, которая является правопреемницей печально знаменитой священной инквизиции, бросавшей в Средние века в костры еретиков по всей Европе. Хотел бы здесь же подчеркнуть, что Русская Церковь никогда не занималась насильственным искоренением ереси… Так вот, в нынешней ватиканской Конгрегации по вопросам вероучения периодически выносятся суждения и о конкретных лицах, и о конкретных направлениях религиозной мысли. Можно назвать ряд бывших католических богословов и религиозных воззрений (к примеру, «теология освобождения» в Латинской Америке), которые в новейший период были осуждены Ватиканом, что равнозначно преданию анафеме.

– В заключение просил бы вас, отец Максим, вернуться к проблеме восстановления общецерковного чина анафематствования в Неделю Торжества Православия…

– Думаю, что при обстоятельном и широком разъяснении православному народу, что же являет собой анафема, что такое свидетельство Церкви о заблуждающихся, восстановление этого чина имело бы серьезное значение для многих наших современников. В первую очередь для тех, кто под воздействием сектантской велеречивости стал считать, будто и впрямь допустимо быть одновременно православным и, скажем, саентологом. Или быть православным и состоять в какой-то одиозной протестантской секте, лидеры которой обманно говорят о себе – «мы вообще христиане».

Полагаю, что «перспектива» быть анафематствованным может удержать неразборчивого в духовном плане человека от опасного увлечения лжеучителями, а это в конечном счете окажется небесполезным и в целом для духовного здоровья народа. Насколько я знаю, такого мнения придерживаются многие священники и миряне.

Беседовал Александр Королев

Опубликовано: Татьянин День

Протоиерей Максим Козлов

Труд

22 февраля 2010 г.

Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту