Схиархимандрит Давид (Псаракис): Нужно продолжать бороться до самого конца.
Часть 1

Схиархимандрит Давид (Псаракис)
Схиархимандрит Давид (Псаракис)
Схиархимандрит Давид (Псаракис) – насельник монастыря преподобного Давида Эвбейского на острове Эвбея, ученик греческого старца Иакова (Цаликиса), вопрос о канонизации которого сегодня обсуждается в Элладской Церкви. Интервью отца Давида – о том, чем отличаются монастыри и богослужение в Греции и России, о старце Иакове и духовной жизни.

– Отец Давид, Вы впервые в России?

– Нет, во второй раз. Я уже приезжал четыре года назад, но буквально на два-три дня. Сейчас приехал на более долгий срок, чтобы какое-то время побыть в России, поклониться святыням, побывать там, где подвизались русские святые, посмотреть монастыри и увидеть, как живут монахи в России.

Еще одна цель – в каком-то смысле повторить путешествие преподобного Давида Эвбейского, покровителя нашего монастыря, которое он совершил в XVI веке, когда прибыл в Россию для того, чтобы найти деньги и святой покров, чтобы иметь возможность построить монастырь на острове Эвбея. В те времена у нас в Греции был период турецкого владычества и не существовало экономической возможности построить монастырь. Преподобный Давид совершил большое путешествие по России, и ему помогли очень существенно. Поэтому я захотел в каком-то смысле уподобиться преподобному Давиду и также попутешествовать по России, потому что у меня есть большой интерес к ней и к ее святым.

Я прибыл в Россию 18 июля и уже побывал в Оптиной пустыни, Никого-Угрешском монастыре и Троице-Сергиевой лавре, сейчас живу в Сретенском монастыре, собираюсь поехать в Дивеево.

– Монастыри и монашеская жизнь в России сильно отличается от греческих?

– Да, достаточно. Есть существенные отличия в том, как устроена их жизнь. Здесь, в России, я вижу сильную связь и развитое общение между монахами и мирянами, из-за чего в монастыре формируется немного другой климат. Монастырь похож на город или селение: в нем можно найти магазины, гостиницу, купить поесть, причем в трапезных или в гостинице работают миряне. В Греции, если ты приезжаешь в монастырь, чтобы поклониться святыням, всем этим – приготовлением пищи, подготовкой комнаты в гостинице – занимаются монахи, у которых есть такое послушание.

Монастырь преподобного Давида Эвбейского
Монастырь преподобного Давида Эвбейского
В России все это немного более обезличено. Например, в Оптиной пустыни паломник может жить, не имея никакого общения с монахами, в том числе и паломник-монах. То есть, конечно, ты можешь о чем-то попросить любого монаха, но если он не занимается гостиницей, он не сможет тебе помочь в твоем вопросе, если он не занимается приготовлением пищи, он вряд ли сможет помочь тебе с вопросом о еде. В Греции все устроено немного по-другому. Похожее на наши греческие монастыри я видел в ските Оптиной пустыни, где монах отвечал за все: за еду, комнату и так далее. В больших же русских монастырях можно просто потеряться, как в большом городе, где ты платишь за услуги, и служащие выполняют свою работу. Это немного другой климат.

– А если говорить о последовании богослужений, также есть существенные отличия?

– Да. Что касается времени, утреня в Греции совершается только утром, в России же может совершаться вечером в канун праздника. Немного по-разному во время богослужения перемещаются священнослужители. Во время Великого Входа, когда поминают о здравии, в России поминовение совершают и диакон, и священник, а в Греции – только священник. Что касается вечернего богослужения, в России «Свете тихий» поет хор, а в Греции перед большим праздником это песнопение исполняют не певчие, а священники, выйдя из алтаря. В России немного по-другому, чем в Греции, совершают каждение: во время «Херувимской» кадит диакон, а в Греции – всегда священник, а если богослужение возглавляет епископ, то епископ.

– Богослужебное пение в Греции в России сильно отличается? Нравится Вам, как поют в русских храмах?

– Да, пение отличается очень сильно! Лично мне русское церковное пение нравится, хотя иной раз кажется немного необычным с точки зрения ритма и цели. Оно мне нравится, но не думаю, что такое пение правильно с духовной точки зрения, потому что оно слишком сильно обращено к эмоциям и чувствам. Византийское церковное пение – это пение без эмоций, оно обращено непосредственно к уму, ведь молитва должна быть умной, она не должна вызывать эмоции, и если это пение – не должно быть наслаждения пением. В православном храме мы не используем музыкальные инструменты, потому что музыкальный инструмент изменяет состояние человека, вызывая расположение к наслаждению музыкой. Молитва – это дар Божий, а если она вызывает наслаждение такого рода – это уже не дар Божий. Молитва требует много внутренней борьбы и внутренней работы. Русская церковная музыка связана с западной музыкой, и писали ее классические композиторы, которые старались передать чувства. Для храма нужно другое. Если человек хочет собрать свой ум, трезвиться, быть внимательным в духовной жизни, конечно, для этого лучше подходит византийское церковное пение.

– В Вашем монастыре на богослужении поют все монахи?

– Нет. Монастырь у нас небольшой, всего 11 монахов, и поют только двое.

– Но для византийского пения этого достаточно?

– Не могу сказать, что этого достаточно, но, к сожалению, больших возможностей у нас пока нет, потому что у других монахов есть свои, другие послушания помимо пения.

– Пожалуйста, расскажите о Вашем старце – геронде Иакове (Цаликисе)!

Архимандрит Иаков (Цаликис)
Архимандрит Иаков (Цаликис)
– Отец Иаков пришел в монастырь праведного Давида Эвбейского в 1951 году, когда ему был 31 год, и нашел монастырь в плачевном, разрушенном состоянии. В обители была только одна церковь и 2-3 три кельи, и он понял, что надо заново строить монастырь, причем не только в материальном, но и в духовном плане, потому что на тот момент там подвизались только трое монахов, которые пребывали в плохом духовном состоянии. Старец Иаков столкнулся с огромным количеством трудностей, со многими препятствиями, прежде чем смог осуществить задуманное – чтобы монастырь отстроился и действительно стал общежительным. В течение многих лет он вел борьбу – и молитвой, и постом, и в основе этой борьбы было его великое терпение во время искушений и трудностей, которые происходили и от диавола, и от людей, которые создавали много проблем. Шаг за шагом он смог создать монастырь, и в 1985 году стал его игуменом. На тот момент архимандриту Иакову было 65 лет. С этого времени монастырь стал, если можно так сказать, приобретать имя, становиться известным, и в обитель начали приезжать множество людей, потому что архимандрит Иаков своими многочисленными аскетическими подвигами стяжал у Бога многие дарования. Он мог исцелять больных, изгонять из людей демонов, знать будущее, у него был дар предвидения и прозорливости – он видел, что происходит у человека внутри. Он мог посмотреть на человека и узнать все, начиная от имени, какие у него грехи, хорошие поступки, проблемы и чего он хочет. К нему входил человек – и геронда отвечал на волновавшие его вопросы до того, как человек их задавал. Для нас это было повседневной жизнью, мы к этому привыкли.

– Когда Вы сам пришли в монастырь праведного Давида?

– В 1989 году. Тогда я не был монахом и не думал принимать постриг. В монастыре жили три великих старца – отец Серафим, отец Иаков и отец Кирилл. Я пришел к старцу Иакову и был его учеником два года, до того, как в 1991 году старец почил. Именно старец Иаков постриг меня в монахи и дал имя преподобного Давида.

Монастырь преподобного Давида Эвбейского
Монастырь преподобного Давида Эвбейского
В жизни он был очень простым и очень смиренным человеком, так что внешне совсем не походил на игумена. Очень сильно любил людей и умел найти общий язык с каждым. Кто бы к нему ни пришел – простой человек из деревни, преподаватель, врач, ученый, судья, человек из высших слоев общества, – старец становился на его уровень и начинал говорить на его языке, понимал, как надо общаться, чтобы говорить с душой каждого человека.

– Откуда?

– Это был Божий дар.

– Он знал все и о вас?

– Да.

– И каково жить рядом с человеком, который знает о тебе абсолютно все?

– Просто. Ведь важно, как старец использовал эти знания. К каждому он относился с большой любовью.

Совершенно прекрасным образом он проводил исповедь. Мы приходили к нему в келью и, поскольку стульев не было, садились на пол на ковер (таким образом принято сидеть в Малой Азии, откуда старец Иаков был родом), а старец садился рядом. Он говорил все, что мы сделали или о чем подумали, причем говорил, как бы предполагая: «Может, ты сделал это, может, ты подумал вот это?». И говорил с любовью, с улыбкой. А потом спрашивал: «Что-то хочешь добавить?» А добавить было нечего, потому что старец называл все. Потом он говорил: «не беспокойся», читал разрешительную молитву, и мы уходили. Он никогда не обижал, не оскорблял нас.

Помню, в одно воскресное утро я был в монастырском хранилище, а старец после литургии пошел в трапезную, чтобы поговорить с мирянами. Он говорил им о каких-то примерах, рассказывал истории и так далее. А я был в хранилище и подумал о чем-то нехорошем. Через два дня геронда нашел меня на балконе и позвал: «Подойди, я что-то скажу тебе». Я подошел, и он сказал: «Может быть, в какой-то день ты был в хранилище и у тебя был нехороший помысел и сказал тебе вот это. Не нужно, чтобы это было в твоей голове. Помолись, чтобы он ушел». Он сказал мне ровно то, о чем я подумал! Я ответил: «Геронда, это произошло два дня назад!» – «Не переживай, но не возвращайся к этому». В нем была такая любовь! И она давала ему свободу и радость. Рядом с ним не чувствовался страх.

Архимандрит Иаков (Цаликис)
Архимандрит Иаков (Цаликис)
– А что для вас было самое значимое в то время, когда вы жили у старца?

– То, как старец боролся с искушениями и трудностями до последних секунд своей жизни и учил этому нас. Он говорил, что мы не должны уставать, разочаровываться перед лицом искушений и жизненных трудностей и что нужно продолжать бороться до самого конца. Он находился на высших ступенях добродетелей, и в его жизни всегда возникали трудности, и он говорил нам, что самое важное для нас – иметь терпение и оставаться в том месте, куда пришел. Если пришел в монастырь, до должен жить в нем до смерти, не переходя в другой монастырь, а оттуда – в третий, четвертый. Если женился, надо оставаться в браке и не должен оставлять его, чтобы вступать в новый брак, потом в другой, третий и так далее. Надо оставаться там, где ты есть. Это важно для того, чтобы душа была хорошей, чтобы она возделывалась. Часто мы говорили старцу: «Геронда, я устал, у меня больше нет сил». – «Устал? Разве ты не пришел в монастырь?» – «Геронда, когда же закончатся искушения? Когда закончатся трудности?»– «В гробу, когда мы будем в гробу. Господь любит нас и защищает от опасностей, но терпеть и бороться мы должны до самой смерти, чтобы в последние секунды не потерпеть поражение и не проиграть всю борьбу».

(Продолжение следует. )

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • В четверг — лучшие тематические подборки, истории читателей портала, новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту
Смотри также
Записка о монастырях и монашестве Записка о монастырях и монашестве
Архиман. Симеон (Гагатик)
Записка о монастырях и монашестве Записка о монастырях и монашестве
Архимандрит Симеон (Гагатик)
Меня поразила мысль, осознанная в тот момент: есть на земле места, где все обычные наши несуразицы просто немыслимы. И при этом никто из живущих там не считает свой образ жизни каким-то подвигом только из-за соблюдения общежительного монастырского устава. Отсутствие всего того, что для нас обычно, — это там минимально необходимое условие, дающее человеку право называться монахом, и месту, где он живет — монастырем.
«Альфа и омега монаха – это послушание» «Альфа и омега монаха – это послушание»
Беседа с благочинным мон. Дохиар архим. Гавриилом
«Альфа и омега монаха – это послушание» «Альфа и омега монаха – это послушание»
Беседа с благочинным афонского монастыря Дохиар архимандритом Гавриилом
Отец Ефрем из Катунакии был отцом послушания и покаяния. Когда к нему кто-то приходил, он не удивлял человека, называя его по имени, он говорил только о покаянии и послушании. И отец Паисий тоже говорил только о послушании. И отец Амфилохий тоже. И наш настоятель, когда к нему обращаются, также говорит о послушании. Альфа и омега монаха – это послушание.
«Господь всегда с христианами» «Господь всегда с христианами»
Архим. Парфений, игум. афонского монастыря св. Павла
«Господь всегда с христианами» «Господь всегда с христианами»
Беседа с архимандритом Парфением (Мурелатосом), игуменом монастыря святого Павла на Афоне
Божий Промысл есть на всё. Как был Божий Промысл на то, что коммунисты захватили Россию, так же по Божиему Промыслу все изменилось. И то, и се будут творить, а потом все переменится. Господь всегда с верующими, с христианами, – не с другими, а с христианами. Поэтому Господь хранит двух Своих пророков Еноха и Илию, потому что, когда всех людей введут в заблуждение, они восстанут и появятся и поставят все на свои места. Хотя о христианах никто не будет говорить, но именно они поставят всё на свои места.
Комментарии
р. Б. Яна11 августа 2012, 00:00
Спасибо монашествующих за ихние молитвы о мире том, о нас! Да хранит вас Господ!
Марина 9 августа 2012, 14:00
Спаси Господи! Очень интересные наблюдения. Плохо, что в русских монастырях всё так изменилось, после революции. Как возродить? Тяжело быть монахом в такой суете, когда толпы праздных "паломников" осаждают со всех сторон. Недавно были в Оптиной пустыне, вроде как бы паломники, но читая наших классиков понимаешь, что ты просто приехал на экскурсию. Монахи очень терпеливые, доброжелательные, откуда берут силы на это? Тяжело спасаться в русских монастырях! Помогай Господи!
Здесь Вы можете оставить свой комментарий к данной статье. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке