Стол с зеленым сукном

Алексей Солоницын

Писатель Алексей Солоницын у себя в кабинете Писатель Алексей Солоницын у себя в кабинете

У нас в Саратове, в доме, где мы росли, были две комнаты в коммунальной квартире. В маленькой комнате размещался рабочий кабинет отца, служивший одновременно и спальней родителей. Отец, в ту послевоенную пору служивший собкором в центральной газете «Социалистическое земледелие», часто уезжал в командировки, и мы с братом Анатолием боролись за место у отцовского рабочего стола, чтобы именно за ним делать уроки. Побеждал, конечно, старший брат, а я, обиженный, уходил в другую комнату, валился на диван. Обиду успокаивала только какая-нибудь книга, которую я брал из книжного шкафа. Здесь у отца стояли «Малая советская энциклопедия» 1932 года издания, «Сельскохозяйственная энциклопедия», прекрасное юбилейное издание А.С. Пушкина, выпущенное к 100-летию гибели поэта, собрание сочинений Н.В. Гоголя, томик А.П. Чехова и множество книг и книжечек о природе и охоте. Мама звала отца «теоретическим охотником», потому что на охоту он, сколько помню, ни разу не вырвался из-за вечной занятости.

Толя специально засиживался за отцовским столом подольше, чтобы меня позлить. С детства он любил игру, розыгрыши и подсмеивался над моей серьезностью:

– Эй, отличник, иди заниматься. А то чернила высохнут.

Я летел в комнату родителей, но Толя еще продолжал дурачиться, прежде чем я, обязательно поборовшись с ним, смеясь и отдуваясь, усаживался наконец на желанное место.

Стол казался огромным. Столешница покрыта зеленым сукном, справа – металлическая лампа с плоским абажуром, в самом центре – большая стеклянная чернильница с крышкой, ручка, тоже стеклянная, с металлическим пером «рондо». Да, именно так называлось стальное памятное перо – «рондо».

На самом деле стол был небольшим, но ведь в детстве большими кажутся не только деревья, но и все, что тебя окружает. Может, потому что мне так нравилось сидеть за отцовским столом, почерк у меня выработался красивый и домашние задания я выполнял со старанием и охотой, за что получал неизменные пятерки. Первые изложения и сочинения, как и заметки в «Пионерскую правду», тоже сочинялись здесь.

Анатолий и Алексей Солоницыны с отцом Алексеем Федоровичем, журналистом, в те годы собкором газеты «Социалистическое земледелие». 1953 г. Фото из семейного архива Анатолий и Алексей Солоницыны с отцом Алексеем Федоровичем, журналистом, в те годы собкором газеты «Социалистическое земледелие». 1953 г. Фото из семейного архива
А Анатолию нравились игры, забавы, иногда авантюрные. Поэтому и учился он «скачками» – то «отставал», то «догонял».

Книги, которые стояли в отцовском шкафу, конечно же, мы перечитали – кроме, правда, бесчисленных «охотничьих просторов» и специальных сельскохозяйственных изданий – отец был журналистом этой тематики.

Но Пушкин, Гоголь, Чехов (преимущественно автор юмористических рассказов, «Каштанки» и «Степи») вошли в наши души как Волга, как воздух, которым мы дышали.

Толстая тетрадка, исписанная четким отцовским почерком: “Я по первому снегу бреду”, “Не жалею, не зову, не плачу”

Из поэтов на первом месте у отца стоял В. Маяковский. Но однажды, когда он был в очередной командировке, мы с Толей искали зачем-то чистые листы бумаги и рылись в боковых ящиках стола – центральный был закрыт на ключ. И вот нам попалась довольно толстая тетрадка, исписанная четким отцовским почерком с начальными буквами в завитушках: «Вы помните, Вы всё, конечно, помните»… «Я по первому снегу бреду»… «Не жалею, не зову, не плачу»…

Так в нашу жизнь ворвался Сергей Есенин. Впечатление было огромным. Но сразу возник вопрос: почему Есенин запрещен?

Отец объяснил просто:

– Он не зовет строить. Возьмите Маяковского: вот где сила!

Но доводы отца нам казались совсем неубедительными, потому что он сам, когда приходил навеселе, с пафосом декламировал:

Но и тогда,
Когда во всей планете
Пройдет вражда племен,
Исчезнет ложь и грусть…

Воспевать «всем существом в поэте шестую часть земли с названьем кратким “Русь”» не давала мама, и отец умолкал.

Но все равно эти стихи запомнились навсегда.

Справедливо говорят, что Пушкин сопровождает нас всю жизнь – начиная со своих сказок и кончая «Борисом Годуновым» и «Маленькими трагедиями». Но ведь и Гоголь приходит к нам «Вечерами на хуторе близ Диканьки», потом «Ревизором», «Мертвыми душами». В зрелые годы мы понимаем величие «Шинели» и внезапно узнаем, что «Выбранные места из переписки с друзьями» вовсе не «падение», «не отступничество писателя», как гневно кричал «неистовый Виссарион» в своем знаменитом «Письме Гоголю». Наоборот, это был духовный взлет писателя, его завещание потомкам любить Россию, быть верным Христу в самых тяжких обстоятельствах жизни.

От Гоголя – прямой путь к Достоевскому, который тоже был под запретом. Открыли его для себя уже в студенческие годы

От Гоголя – прямой путь к Достоевскому, который тоже был под запретом. Но когда мы открыли его для себя уже в студенческие годы, он произвел впечатление ошеломляющее – по-другому не скажешь. Федор Михайлович тоже оказался спутником на всю жизнь. Никогда не забуду, как радовался и ликовал душой Анатолий, получив первую главную роль – молодого литератора Ивана Петровича в спектакле «Униженные и оскорбленные». Это было в Свердловском (ныне Екатеринбургском) театре драмы, где начиналась его актерская жизнь. Сколько волнений, тревог, а потом лишений было тогда! И я переживал вместе с братом, волновался за него, будто это мне предстояло выйти на сцену в роли молодого литератора, каким я и был в то время, учась на факультете журналистики Уральского университета.

Кадр из фильма «26 дней из жизни Ф.М. Достоевского». В роли Федора Михайловича – Анатолий Солоницын Кадр из фильма «26 дней из жизни Ф.М. Достоевского». В роли Федора Михайловича – Анатолий Солоницын
А потом, через 20 лет, когда Анатолий стал уже признанным актером кино (и не только у нас в стране), воплотив на экране образ преподобного Андрея Рублева, мы сидели с ним в комнатке его молодой жены Светланы в Люберцах и обсуждали роль Федора Михайловича по сценарию с названием «Двадцать шесть дней из жизни Ф.М. Достоевского». Фильм снимался на «Мосфильме» в «пожарном порядке» – известный актер Олег Борисов ушел со съемок, войдя в жесткий конфликт с режиссером из-за разного понимания образа Достоевского. Толя «спасал» фильм, согласившись заменить исполнителя главной роли. Он вступил в штат актеров «Мосфильма»: только так можно было стать членом жилищного кооператива «Мосфильм» и получить наконец квартиру. До этого он мыкался «по углам» и гостиницам почти всю свою актерскую жизнь.

Да и к тому же роль любимого писателя была заветной – пусть и в неважном сценарии.

Он ютился в Люберцах, но уже стал покупать мебель для будущей квартиры. Пристрастием его были «комиссионки», где он покупал старую, вышедшую из моды мебель. Так у него оказался письменный стол со столешницей, покрытой зеленым сукном. Этот стол гораздо более просторный, более солидный, чем тот, отцовский, за которым мы сидели в детстве. Но он точно так же хорош, удобен: ящики стола вмещают весь архив – а он у Толи значителен. Толя любит фотографировать, бережет все, что связано с фильмами, где он снимался, особенно – у Андрея Арсеньевича Тарковского.

Я глажу рукой зеленое сукно, смотрю на подсвечник каслинского литья, на стеклянную чернильницу – почти такую же, какая была у отца…

– Ну, неплохой стол я приглядел? И не поверишь, какой дешевый! А как хорошо за ним репетировать, – говорит он мне, а я вспоминаю наше детство, вижу, что и он думает о том же…

Вспоминаем одно, другое, но разговор поворачивается на роль Достоевского. Когда начались съемки, произошли удивительные события, о которых я не мог не сказать брату.

Анатолию было 45 лет. Как и его герою, когда тот в 1866 году диктовал «Игрока». Как и его герой, Анатолий после семейной катастрофы сделал предложение девушке, которая была вдвое моложе его. Как и его герой, Анатолий встретил ответную любовь – она преобразила всю его последующую жизнь. А разве работал Анатолий не в сходных обстоятельствах?

«Вот, приходится роман как на почтовых гнать», – говорит в фильме Федор Михайлович молодой «стенографистке» Анне Григорьевне Сниткиной, которую он взял потому, что за 26 дней должен сдать рукопись издателю Стелловскому. Если роман не будет готов в срок, все последующие произведения писателя перейдут к этому деляге-издателю – на что тот и рассчитывал.

«Как на почтовых» снимался и фильм.

Срочно надо было сдавать вступительный взнос за кооператив – Анатолий оказался в долгу как в шелку.

Как ни в каком другом фильме, в “Двадцати шести днях” Анатолий сыграл свою судьбу

Но вот все тревоги остались позади, фильм вышел. Толя получил «Серебряного медведя» за лучшую мужскую роль на кинофестивале в Берлине. Как ни в каком другом фильме, в «Двадцати шести днях» он сыграл самого себя, свою судьбу.

Я сказал об этом Анатолию.

– Может быть, – ответил он, улыбаясь.

Лишь спустя годы я понял, что никакого совпадения здесь нет. Есть то, что православные люди называют Промыслом Божиим. Ведь и начало его творческой жизни было связано именно с Достоевским. И одна из последних ролей была о нем, любимом писателе.

Всё это я, конечно же, помнил, когда наткнулся на потрясающую страницу жизни Достоевского – события последних дней. Ведь кровь пошла у него горлом не потому, что он полез за упавшей «вставочкой», ручкой, которая закатилась под этажерку, как написала в своих воспоминаниях Анна Григорьевна. А потому, что в соседней квартире, через стенку, была устроена засада и именно в эту ночь, 25 января 1881 года, был арестован Александр Баранников, один из руководителей «Народной воли». Группа «четырех» готовила покушение на царя.

Подумать только – прямо через стенку ломились главные события жизни России прямо в душу и сердце писателя!

Обо всем этом – моя повесть «Я жажду».

Но тогда, сидя за письменным столом с зеленым сукном в комнатке в Люберцах, я еще не знал, что всего через год Анатолия настигнет смертельная болезнь. И я буду сидеть у его постели, посильно облегчая его страдания.

Была весна, стучала по подоконнику капель. Потом пришло лето, а с ним и похороны на Ваганьковском.

Горе, слезы…

Потом жизнь как-то наладилась. В очередной раз, когда я заехал проведать вдову Анатолия и их сына Алешу и мы говорили о том о сем, Светлана вдруг неожиданно сказала:

– Не знаю, куда деть этот громадный стол. Столько места занимает…

Про себя я ахнул – ведь у меня язык не поворачивался попросить отдать мне стол в память о брате. И вот мне предлагают этот стол!

Стол оказался без гвоздей и металлических скобок. Легко разбирался. Я вызвал рабочих, и они отправили стол железной дорогой ко мне, в Самару, где я живу уже полвека.

***

Когда ко мне приходят гости, то прежде всего они обращают внимание на мой просторный стол, столешница которого покрыта зеленым сукном. Жаль, что на столе нет стеклянной чернильницы и пишу я не пером «рондо», а набираю текст на клавиатуре компьютера.

Но за компьютером стоит Библия, выпущенная к 1000-летию Крещения Руси, – подарок приснопамятного митрополита Иоанна (Снычева), с которым я имел радость общения. Рядом стоит «Полная симфония» – толкование на канонические книги Священного Писания – тоже подарок, от священника. Стоят словари, другая справочная литература.

На столе разместились иконы, святыни, которые я привез из святых мест России и Европы. Есть место и принтеру, и телефону.

Все вмещает стол с зеленым сукном.

Слева от стола – книжный шкаф. Он больше, чем отцовский. Но в нем стоят и «Малая советская энциклопедия» отца, и том Пушкина, и Гоголь, и небольшие брошюры отца о его героях колхозных полей. К этим книгам присоединились и полные собрания сочинений Достоевского, Чехова, Есенина.

А за стеклами книжного шкафа – фотографии отца и мамы, брата…

Вот все вместе мы снялись, когда Анатолий закончил десятый класс.

А вот фотографии, которые я отдал увеличить и хорошо оформить, – Достоевского, Чехова, Есенина. Над ними «Портрет в тужурке» – репродукция картины Валентина Серова, который так удачно запечатлел образ государя императора Николая II. Характером он, по-моему, очень похож на Антона Павловича Чехова. И потому в рассказе «Встреча, которой не было» я представил, что было бы, если бы они встретились.

Написал я и о любимых писателях – ведь они сопровождают нас всю жизнь. И к нашему немалому удивлению, их творения, словно по волшебству, оказываются самыми что ни на есть актуальными во все времена. О взяточниках, которые так расплодились в стране, лучше не скажешь, чем в «Ревизоре». О наполеоновских идеях, ради которых нисколько не жаль убить хоть старушку-процентщицу, хоть кого угодно – а такие люди внезапно появились в «новой России», – тоже уже сказано. И почему они появились, уже дан ответ. Ведь «если Бога нет, то все позволено», как гениально и точно сказал Федор Михайлович.

Я старался рассказать не только о неизвестных или малоизвестных страницах биографии великих наших писателей. Мне представлялось самым важным показать их в свете веры Христовой. В этом свете образы русских гениев выглядят иначе, чем в школьных учебниках и многочисленных книгах даже таких мудрых и всё знающих литературоведов.

Я назвал своих героев «спутниками вечности», потому что когда они пришли к Господу, то их талант развернулся в полную силу. Без книг этих писателей уже невозможно представить Родину нашу, Россию.

И я бесконечно рад, что все мысли, все слова, которые мне удалось за почти полвека работы в литературе занести на бумагу, родились вот за этим столом с зеленым сукном.

Тем самым, который я запомнил с детства и который стоит сейчас в моем рабочем кабинете.

Алексей Солоницын

1 марта 2016 г.

Храм Новомученников Церкви Русской. Внести лепту
Комментарии
Светлана 6 марта 2016, 23:00
Предметы держат нашу память. Какой тёплый рассказ. Спасибо!
Иоанна 3 марта 2016, 23:00
Татьяна, оставим рассказы и пьесы Горького, но "Жизнь Клима Самгина" я и сейчас считаю пусть тенденциозным, но интересным и глубоким описанием того времени. Маяковский же был не только нежным лириком, но и страшным богохульником и хулителем Церкви. И уж конечно он не заслуживает своей площади в самом центре столицы рядом с Пушкинской. Но в данном случае речь не об этом. А о том, что это люди, пусть и талантливые, но поддержавшие революцию и ставшие апологетами советского строя в самый кровавый его период.
НН 3 марта 2016, 19:00
Иоанна 3 марта 2016, 14:00: /В МОИ мозги этого никто не вбивает, да и не получилось бы, если бы и захотели. А вот что усиленно вбивается в мозги наших детей - так это идея о том, что красные так же хороши, как и белые,.... Ведь все они были наши, родные, соотечественники! Вот этот "бред" я слушать не стану и детям своим повторять его не позволю./ - Не обольщайтесь! Захотели, и получилось, на 5 с плюсом! А Вы этого и не заметили, и не поняли. Что и требовалось. Простите!
ТАТИАНА17 3 марта 2016, 19:00
Иоанна,может быть Вы мало читали А.М.Горького? Ведь он был не только "буревестником революции".Молодого писателя Горького очень поощрял А.П.Чехов,почитайте их переписку.А.М.Горький не в "обойме" моих любимых авторов,но есть у него много талантливого просто о жизни людей и их искании Бога. И у В.В.Маяковского можно найти нежнейшую лирику.Советское время было трагично и героично одновременно,абсолютно все там-неоднозначно.Очень важно не повторять нам ошибок и трагедий недавнего прошлого.
Иоанна 3 марта 2016, 14:00
/В неокрепшие мозги наших граждан усиленно вбивается, что Россия с её народом недостойна и не может существовать в таких границах и обладать теми богатствами...// Откуда это? Я этого не чувствую. В МОИ мозги этого никто не вбивает, да и не получилось бы, если бы и захотели. А вот что усиленно вбивается в мозги наших детей - так это идея о том, что красные так же хороши, как и белые, что государь Николай Александрович так же достоин уважения, как и его убийцы Ленин и Свердлов, что любимый мною маршал Рокоссовский так же хорош, как и следователи НКВД, которые на допросах сломали ему 9 рёбер и выбили все зубы и т.д. в том же духе. Ведь все они были наши, родные, соотечественники! Вот этот "бред" я слушать не стану и детям своим повторять его не позволю.
ТАТИАНА17 3 марта 2016, 12:00
Анатолий Солоницын -великий актер (Царствие ему Небесное).Конечно,А.Рублев,Ф.Достоевский-"глыбы" его нелегкой творческой судьбы.Да и его работа в фильме "Свой среди чужих..." прекрасна и любима зрителем.Но как он сыграл эпизод в фильме "Мужики"! Какими-то тремя минутами А.Солоницын "переиграл" всех.Высокий класс и настоящий талант! Где сейчас такие актеры,режиссеры,сценарии и мысли? Слов много,дел почти не видно... Спасибо Вам,Алексей!Дай Вам Бог здоровья.
НН 3 марта 2016, 11:00
Иоанна:... /Не нравится, что не похвалил советскую власть. Ну тогда читайте Горького и Илью Эренбурга!/. - Не надо передёргивать, дорогая сестра. ЛЮБОЙ период НАШЕЙ ВЕЛИКОЙ ИСТОРИИ и ЕЁ ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА (наши непосредственные предки в том числе) не нуждается как в похвале или оправданнии, так и в клевете и очернении. Хотя Евангелие нас учит БЛАГОДАРИТЬ за всё, мудрые и дальновидные люди так и делают... Дело в другом: В неокрепшие мозги наших граждан усиленно вбивается, что Россия с её народом недостойна и не может существовать в таких границах и обладать теми богатствами, которые имеет, так как история страны НЕПРЕДСКАЗУЕМА, но в любом случае - сплошной мрак; народ - рабы, лодыри и пьяницы; у власти обязательно тираны, злодеи, глупые и недальновидные люди; настоящее - тот же мрак и злодейство, а будущего у такой страны с таким народом вообще быть не должно. Изучение истории своей страны по комиксам не есть хорошо; а такие НЕТОЧНОСТИ - они только "льют воду на мельницу" наших недоброжелателей.Увы, это так. (Писатель в России всегда считался властителем человеческих душ). Жаль, что Вы этого не видите. (Посмотрела недавно фильм В.Хотиненко "Наследники", а потом почитала отзывы... Недавние школьники вообще не знают, кто такой пр. Сергий Радонежский... а некоторые даже вообще не поняли, о чем фильм). Спасибо Вам за совет, кого читать (хотя Вас и не просили), но надеюсь, что это Вы сделали по доброте душевной. Простите!
Иоанна 2 марта 2016, 16:00
Умный человек, уже много проживший и повидавший на своём веку, написал рассказ. Хороший, добрый рассказ. О том, что река русской жизни текла своим чередом, несмотря ни на какие бури. И вот мы начинаем исправлять: вот это не точно, вот это не так... Что было, то и написал. Так, как он запомнил, как улеглось в его душе. И про запрещённого Достоевского ("реакционный писатель"), и про Есенина ("кулацкий поэт") - тоже ведь не из "Википедии" он взял, как вы догадываетесь! Не нравится, что не похвалил советскую власть. Ну тогда читайте Горького и Илью Эренбурга!
НН 2 марта 2016, 11:00
Очень хороший рассказ, прочитала с удовольствием. Хороший русский язык и образно, даже захотелось такой же стол. А "мелочи" с запрещением Достоевского и Есенина - это, наверное, "дань моде" - хоть как-то укусить советскую власть, которая, кстати, братьев Солоницыных в люди вывела... Хоть что-нибудь потерял бы этот рассказ, не будь этих "неточностей"? Нет, конечно, а "осадочек" остался. Вот зачем?! Ничему не учимся. Постоянно плевать в колодец, из которого наши деды и отцы пили - неразумно и опасно, неужели не понятно? Доиграемся... Вот уж народ голосует за злобного тирана Сталина 80-ю процент. против доброго освободителя Ельцина... Простите!
т.н. 1 марта 2016, 21:00
Рассказ хороший,но Достоевский запрещён не был,а Есенин только до войны и то не запрещенн,а не вдаваясь в подробности-"не желателен"
Александр 1 марта 2016, 18:00
Прочел на одном дыхании. На душе чистота, спокойствие и какая-то беспредельная тоска. В отличие от нынешних "звезд" все советские актеры и актрисы были самобытны, своеобразны и удивительны. Те старые советские спектакли и художественные фильмы действительно можно назвать произведениями искусства.Их можно по многу раз смотреть и пересматривать и каждый раз можно находить что-то новое в игре актеров. Да и порой это игрой назвать нельзя, как бы сама жизнь проходит на сцене или экране. Анатолий Солоницын был неповторимый, замечательный, истинно русский актер. Мне уже за 50, видел я фильмы с его участием во времена советского детства и юности, но до сих пор я его помню и люблю. Царствие ему Небесное.
ТАМАРА 1 марта 2016, 18:00
Спаси Бог за Ваши такие тёплые рассказы.Божией Вам помощи во всём.
О. 1 марта 2016, 16:00
В основном всюду восторгаются только Достоевским и Чеховым, я восторгаюсь также прозой о деревне, о простом человеке-труженике советского периода - сколько в ней любви Христовой!
Марина 1 марта 2016, 11:00
Огромное спасибо за Ваш очередной рассказ о Вашей жизни и творчестве и жизни и творчестве Вашего брата. Фильм "26 дней из жизни Достоевского" один из самых моих любимых. именно после него я стала большой поклонницей и остаюсь по сей день творчества Федора Михайловича. После этого фильма много всего прочлось о жизни писателя. а ваш незабвенный брат создал один из его самых выразительных образов. Дай Бог вам сил и здоровья, творческих успехов. Спаси Господи!
Татьяна 1 марта 2016, 09:00
У Достоевского были запрещены только "Бесы" и публицистика. Все остальные романы можно было читать свободно. Гоголь и Есенин вообще не запрещались.
Роман 1 марта 2016, 08:00
Прекрасный очерк и пронизанный такой нежно-томящей любовью к Руси нашей, семье своей и возвышенному русскому слову! Спаси, Господи.
Здесь Вы можете оставить свой комментарий к данной статье. Все комментарии будут прочитаны редакцией портала Православие.Ru.
Войдите через FaceBook ВКонтакте Яндекс Mail.Ru Google или введите свои данные:
Ваше имя:
Ваш email:
Введите число, напечатанное на картинке