Святой Афанасий Париос

Святой Афанасий Париос был первым сыном Апостола Тулиоса и его жены Анастасии. Родился он в селении Костос на острове Парос (отчего и получил прозвище "Париос") в 1721 (1722) году. Начальное образование получил в семье, а затем поступил в школу на острове Андрос.

В 1745 году, как лучший ученик, он был принят в одно из самых известных в то время учебных заведений Османской империи - "Евангельскую школу" города Смирны. После семилетнего обучения здесь, в 1752-м году он отправился на Святую Гору, где записался в Афонскую богословскую школу, так называемую "Афониаду". В то время во главе школы стоял Неофит Кавсокаливит (предположит. 1713-1784) - один из первых колливадов. Неофит преподавал здесь грамматику, а другой выдающийся ученый и богослов эпохи - Евгений Вулгарис - философию. В этой школе Афанасий тоже был первым учеником. Проучившись три года, он остался здесь преподавать. Между тем, в Солунской народной школе освободилось место директора, и ему было предложено занять эту должность. В то время он был уже диаконом. Должность директора Солунской школы он занимал на протяжении двух лет - с 1757-го по 1758-й годы. В 1760-ом году он переехал на остров Керкира, где преподавал в школе известного богослова, философа и натурфилософа Никифора Феотокиса. Однако это продолжалось недолго. Близкий друг Афанасия и коллега по преподаванию в Афонской школе, Панайот Палама (1722-1803), основатель так называемой "паламитской школы" в Мессолонге, предложил ему стать преподавателем в его школе. Афанасий принял его предложение, однако и в Мессолонге ему не удалось обосноваться надолго, потому что в 1767-м году он переехал опять в Салоники.

В 1771-м году Константинопольский патриарх Феодосий II (1769-1773) назначил его ректором Афонской богословской школы. Тогда св. Макарием Нотарасом он был рукоположен в сан священника. На Афоне Афанасий принял активное участие в движении колливадов, за что через некоторое время был изгнан со Святой Горы. Однако, его признанный уже авторитет в области образования вновь не позволил ему остаться не у дел, и ему тут же была предложена должность директора народной школы в Салониках, которую он уже занимал. На этой должности он пробыл с 1776-го по 1786-й год. После этого патриарх Гавриил IV (1780-1785) попросил его стать ректором Патриаршей Академии в Константинополе - самого авторитетного на то время греческого учебного заведения. Тогда же ему была предложена хиротония в епископы. Он отказался и от первого, и от второго предложения. На это время приходится пик его писательской активности.

В конце осени 1786-го года Афанасий отправился навестить свой родной остров Парос. В то время в Эгейском море проходили военные действия русско-турецкой войны, из-за которых корабль, на котором плыл св. Афанасий, был вынужден задержаться на острове Хиос. Здесь местные жители, через св. Макария Нотараса, Хиосского митрополита Гавриила и других влиятельных людей, долго уговаривали его остаться ректором местной школы. Тот сначала отказывался, а затем согласился, но на условии быть лишь преподавателем риторики. Здесь он пробыл до 1811-го года. В этом году он оставил преподавание и поселился в монастыре св. Георгия Ревстон на том же острове, где и умер 24 июня 1813-го года.

В 1994 году он был причислен Греческой Церковью к лику Святых.

ВЗГЛЯДЫ СВ. АФАНАСИЯ НА ПРОСВЕЩЕНИЕ

Среди многих исследователей прошлого было распространено убеждение, что св. Афанасий является образчиком нездорового церковного консерватизма и зилотства. Его часто обвиняли в "манихейском поляризме", то есть в том, что он видит в цивилизации лишь зло. Однако под цивилизацией при этом в лучших традициях паневропеизма подразумевался только западный ее вариант, сложившийся в Европе в XVIII веке. В последнее время подобные оценки исчезают из научных публикаций, посвященных той эпохе вообще и св. Афанасию в частности. Святой Афанасий все чаще предстает как защитник национальной, культурной и религиозной самобытности греков, готовый признать лучшее как в античной культуре, так и в самой западной цивилизации, если это не противоречит христианским принципам.

Исходя из христианских принципов, св. Афанасий подвергал неумолимой критике общественные устои, которые начали формироваться на Западе в восемнадцатом веке. Во-первых, он обвинял Европу в том, что она утратила связь со святоотеческой традицией в религиозной и социальной сферах. Особенно это выразилось в движении Просвещения, которое, согласно св. Афанасию, породило новую, страшнейшую опасность - безбожие. Таким образом, Европа скатилась "до хаоса и гибели".

Французская революция стала для св. Афанасия "пробным камнем" в оценке новой Европы. Главным признаком этой Европы для него стало "безбожие". Европа пришла в конце концов к отвержению христианства, "от которого, однако, и до этого так называемые христиане не имели никакой пользы". По св. Афанасию, Французская революция была логическим следствием развития западной цивилизации и непосредственным детищем латинства.

Много внимания св. Афанасий уделил разбору лозунга Французской революции: "свобода, равенство, братство". Он не отвергает его, как он есть сам по себе, но пишет, что эти понятия были извращены революционерами. В частности, он указывает, что свобода, понимаемая истинно, не противоречит послушанию, тогда как лжесвобода французских революционеров делает человека рабом своих страстей.

По поводу равенства св. Афанасий говорит, что общественное равенство должно основываться на принципах равенства христианской общины, как она описана в Деяниях Апостолов (гл. 2 и 4). А эти принципы чужды идеалам французской революции.

В современной греческой социологической мысли эту тему продолжает Хр. Яннарас. Он, в частности, говорит, что разница между двумя общественными моделями: христианской и просвещенческой - видна уже из этимологии слова "общество" в греческом языке: "koinonia" - и латинском: "societas", которое перешло и в европейские языки: англ. "society", фр. "societe", нем. "Gesellschaft" значит на уровне семантики то же, что и "societas".

Греческое "koinonia" происходит от глагола "koinono" - "общаться", "находиться в связи друг с другом". В свою очередь, в основе этого глагола лежит слово "koinos" - "общий". То же самое происходит в случае русского "общество":

общество <- общение <- общее

Таким образом, общение есть участие людей в общем опыте, их общность как следствие этого общения. В христианском обществе это должно быть участие прежде всего в общем опыте Богообщения. Отсюда вывод, что основой христианского общества должна быть вера. Об этом пишет и св. Афанасий Париос.

С другой стороны, слово "societas" значит "со-членение", "со-существование членов общества". То же самое немецкое "Gesellschaft" - от "die Geselle": "коллега" - значит "корпорация коллег". Западное общество, таким образом, предстает как корпорация индивидуумов, сосуществующих друг с другом и живущих не общностью опыта и связью друг с другом, но сбалансированностью взаимных прав и обязанностей.

Также исходя из Евангелия, св. Афанасий занимает свою позицию в отношении политической власти. Для него самой большой ценностью является вера. И поэтому хорош тот строй, который прежде всего способствует сохранению веры.

В связи с этим св. Афанасий представляет собой достаточно редкий в Греции случай человека, который не одобрял освободительную борьбу греческого народа против турок. Турецкое господство он считал неким консервантом, в котором Православие могло развиваться по своим самобытным путям, не испытывая на себе чуждых - прежде всего латинских - влияний. Св. Афанасий разделял мнение, что захват Византии турками в эпоху латинствующих Палеологов был промыслительным и способствовал предотвращению унии и сохранению самобытных устоев Православия.

Св. Афанасий был против освободительной борьбы также потому, что не считал христиан в праве насильственно свергать власть над собой: ученики Христовы "не поднимают руки на своих господ". Наоборот, "добродетель рождается в скорби". Он считал, что побеждать тиранов нужно мученичеством.

Идеи св. Афанасия, что для греков предпочтительнее было оставаться под игом турок, чем становиться независимой европейской страной, были охарактеризованы некоторыми как "проповедь рабской покорности", "туркофильство". Тем не менее, св. Афанасий в своем мнении по этому вопросу был не одинок. То же самое говорил, например, св. Козьма Этолийский.

Убийство короля Людовика XVI во Франции (1793 г.) св. Афанасий считал антихристовым деянием: "Христос говорит нам: отдавайте кесарю кесарево, - а эти (французские революционеры - С.Г.) и словами и в книгах вооружают десницы подданных убивать кесарей. И это христиане? Не суть ли они явные антихристы?"

Св. Афанасий беспощадно критикует идеи Просвещения. Он пишет, что учение "новых философов" "не только не является необходимым,.. но суетным, вредным".

Св. Афанасий не отвергает философию вообще, но отличает истинную философию - философию Отцов и Священного Писания - от ложной - философии просветителей. Чтобы подчеркнуть отступнический и лжепросвещенческий характер последней, он называет ее не философией, а "филозофией" (philozophia). Фонетически это слово совпадает с латинским "filosophia". Однако в греческом языке имеет другое значение: "filia tou zophous" - "любовь к тьме".

Тем не менее, наибольшую опасность для Греции, согласно св. Афанасию, представляли не Европа и европейцы, но греки, принявшие идеи Просвещения и ставшие их ревностными проповедниками. Для св. Афанасия это "безбожнейшие либертинцы", "псевдолибертинцы". Он с иронией говорит, что как только кто-нибудь "начинает царапать на галицком диалекте, сразу же хочет стать вторым Вольтером".

Таким образом, идеи французского просвещения и деятельность греческих адептов новой идеологии встретили достойную критику со стороны многих православных богословов второй половины восемнадцатого - первой половины девятнадцатого века и, главным образом, колливадов. Колливады стали в некотором смысле прообразом русских славянофилов девятнадцатого века. Они также дали толчок к критическому осмыслению опыта развития западноевропейской цивилизации, выражая в полемике с ней принципы существования православной цивилизации.