Архив RSS Карта сайта
Православие.Ru Поместные Церкви Православный Календарь English version
Православие.Ru
ВСТРЕЧА С ПРАВОСЛАВИЕМ
ПРАВОСЛАВИЕ.RU 
Апологетика
 

Бог и человек в Православной Церкви. Часть 4

Бог и человек в Православной Церкви. Ч. 1, Ч.2, Ч.3

Из книги «Вся полнота Божества телесно» (Кол. 2, 9)

Протопресвитер Фома Хопко
Протопресвитер Фома Хопко
Сегодня для христиан крайне необходимо вновь открыть Церковь. Нужно идти дальше разговоров о богословии и традициях, об обогащении многих сект и деноминаций и вновь открыть для себя реальность «дома Божия, который есть Церковь Бога живаго, столп и утверждение истины» (1 Тим. 3, 15).

Бог установил Свой последний и непреложный завет с людьми в Его Сыне, Мессии. То, что предсказывали пророки, исполнилось. Завет в крови Сына Божия, живой храм, движимый Духом Божиим, с нами. Бог – с нами. Дева зачала и родила Сына. Иисус Христос пришел и установил Свою Церковь, и «врата ада не одолеют ее» (Мф. 16, 18).

Церковь живого Бога существует на земле. Это не какой-то невидимый идеал, существующий далеко в небесах. Также это не совокупность конкурирующих и противоречащих деноминаций и сект. Это и не харизматическое товарищество верующих, поющих о своем единстве в Духе, несмотря на всю очевидность обратного. И это не собрание семейств, каждое из которых исповедует свой собственный особенный путь. И это не организация, имеющая Божественное установление, управляемая на земле священными монархами, издающими безошибочные декреты и моральные установления для духовной пользы подвластных им. Это – Церковь Бога живого; союз Жениха и Его Невесты; Главы и Его тела; Истинной Виноградной Лозы с Ее ветвями; Краеугольного камня с Его живыми камнями, слагающимися в живой храм в совершенной свободе Духа Божия; Первосвященника, приносящего Себя, и тех, кто с Ним, в совершенную жертву Отцу; Царя Царства Небесного с теми, кто царствует в Нем и вместе с Ним; Доброго пастыря с Его словесным стадом; Учителя с Его учениками; Бога с человеком и человека с Богом в совершенном общении правды и любви, в совершенном единстве бытия и жизни, в совершенной свободе Живоначальной Троицы.

Церковь живого Бога – священное сообщество. Оно существует на земле как объективная, историческая действительность. Она едина с Божиим единством. Она свята Его святостью. Она всеобъемлюща безграничной полнотой Его Божественного бытия и жизни. Она – апостольская Его Божественной миссией. Она – вечная жизнь, Царство Божие на земле, само спасение.

На Церковь изливается особое человеколюбие Божие. Вряд ли могло быть иначе по отношению к ее членам, которым даровано искупление. Но человечество Церкви, как и человечество Христа, не «обычное человечество». Это, конечно, не греховное человечество. Это – Божественное человечество Богочеловека Христа, исполненное благодати Святого Духа. Это – первоначальная милость, возвращенная Богом. Это – единственное человечество, которое мы знаем, единственное, которое существует: восстановленное, возрожденное, возобновленное, воссозданное. Это – человечество Христа, в которое люди рождаются в день их крещения, миропомазания и первого участия в святой евхаристии.

Человек вступает в Церковь, умирая и воскресая со Христом в таинстве крещения, которое в православной традиции называется «святым просвещением». Купель крещения, как сказал святитель Кирилл Иерусалимский, гробница и лоно, могила и матерь. Человек умирает в водах крещения со Христом, чтобы возродиться в нового человека Царства Божия. Он умирают с Ним в купели для греховной и смертной жизни этого века, чтобы жить с Ним всегда в вечной жизни. Крещение совершается тройным погружением во имя Святой Троицы, «новопросвещенный» облачается в белую одежду спасения и получает через помазание святым миром «печать дара Духа Святого». Это личная Пятидесятница человека, как и крещение – его личная Пасха. Человек получает дар Духа Святого, чтобы быть способным к духовной жизни, в которую он был рожден в крещении. Сразу после таинства миропомазания новопросвещенный, даже если он младенец, ведется к евхаристической трапезе, чтобы причаститься хлеба Жизни, тела и крови Христа на брачной вечери Агнца Божия в Царстве Небесном.

В православной традиции Церковь, как мы видели, называется «Царство Божие на земле». Она – Царство Отца, потому что она – Невеста Сына, Чья жизнь состоит в общении с Божественной природой, которая познается творением как «праведность и мир и радость о Святом Духе» (Рим. 14, 17).

«Как от Божественной силы Его даровано нам все потребное для жизни и благочестия, через познание Призвавшего нас славою и благостию, которыми дарованы нам великие и драгоценные обетования, дабы вы через них соделались причастниками Божеского естества, удалившись от господствующего в мире растления похотью» (2 Пет. 1, 3–4).

В Церкви Христовой люди вводятся в рай и становятся причастниками Божественного естества Святой Троицы. Евхаристическая жертва Церкви – всеобъемлющий акт ее самореализации как священного сообщества. Также евхаристия является выражением существа Церкви как самого спасения. Люди спасаются через Церковь, потому что само ее существование состоит в общении с Богом, в Котором все «небесное и земное» (Еф. 1, 10). В Церкви люди участвуют в Божественной литургии Святой Троицы – «едином действии» трех Божественных Лиц: Отца, Сына и Святого Духа (слово «литургия» означает «общественное служение»). Они сослужат небесной литургии ангелов, присоединяются к непрестанному пению трисвятой песни Творцу. Они участвуют в космической литургии, соучаствуя небесам и земле и всему творению в «хвалении Бога» и «проповедании славы Божией» (см.: Пс. 18, 2). Они вступают в реальность несравненно более страшную и величественную, чем та, от видения которой на вершине горы Синай древний Моисей «трепетал от страха».

«Но вы приступили к горе Сиону и ко граду Бога живаго, к небесному Иерусалиму и тьмам ангелов, к торжествующему собору и церкви первенцев, написанных на небесах, и к Судии всех Богу, и к духам праведников, достигших совершенства, и к Ходатаю нового завета Иисусу, и к крови кропления, говорящей лучше, нежели Авелева… Итак, мы, приемля Царство непоколебимое, будем хранить благодать, которою будем служить благоугодно Богу, с благоговением и страхом, потому что Бог наш есть огонь поядающий» (Евр. 12, 22–29).

Это в конечном итоге и есть тот «покрытый золотом культ, наполненный дымом ладана и сонмом мерцающих в священном мраке изображений» Томаса Мертона. Церковь возвещает о том, что Бог – с нами, и мы – с Ним, со всеми ангелами и святыми и всем творением в «царстве непоколебимом». Все в Церкви: не только иконы и ладан, но и песнопения, догматы и молитвы, облачения и свечи, обряды и посты – свидетельствуют, что Церковь – спасение: соединение с Богом в Его искупленном, возрожденном, преображенном и прославленном творении. Все говорит о том, что Мессия уже пришел, что Бог – с нами и что все обновлено. Все кричит о том, что «через Него… имеем доступ к Отцу, в одном Духе» и «не чужие и не пришельцы, но сограждане святым и свои Богу… имея Самого Иисуса Христа краеугольным [камнем], на Котором все здание, слагаясь стройно, возрастает в святой храм в Господе, на котором и вы устрояетесь в жилище Божие Духом» (Еф. 2, 18–22).

В Божественной литургии мы видим, с какой целью был сотворен мир. Мы видим Бога и человека такими, какими они должны быть. Мы имеем ведение, данное нам святым Иоанном Богословом в Апокалипсисе. И даже больше, чем ведение. Мы имеем действительность. Мы имеем спасение.

Сегодня существует много теорий спасения. Одни манипулируют индивидуалистическими терминами, обращаясь к людским «душам». Другие – коллективистские по природе и имеют дело с «историей» или «обществом», «космосом» или «процессом». Фактически все они радикально противопоставляют этот мир и будущий век. И фактически ни одна из них не рассматривает Церковь как священный опыт воссозданного мира Божия, обновленного во Христе и Духе в Царство Божие. Сегодня мир слишком часто, даже богословами, характеризуется как конец сам по себе, который будет то ли «мертвым концом», достойным отвержения и презрения, то ли славным концом, который будет с очевидностью утверждаться сам в себе. И будущий век слишком часто видится как действительность, совершенно чуждая жизни этого мира, действительность, презираемая и отверженная некоторыми как вымышленный «пирог на том свете», в то время как другие возлюбили его как радикальный, противоположный ответ этой «долине плача». Для истинной Христовой Церкви, однако, такие противопоставления невозможны. В ней они преодолеваются.

Бог сотворил мир и назвал его «весьма хорошим». Бог любит мир, который Он сотворил, и делает все, что может, чтобы спасти его, послав Своего единородного Сына, чтобы Он стал его жизнью, когда мир стал развращенным, испорченным и мертвым. Церковь не только возвещает это; она также молится об этом в своей литургии и таинствах. (Мы уже видели это в приведенных нами цитатах молитв, читаемых на литургии и во время крещения). Бог спасает мир, Он любит мир как тело и невесту Его Сына, Который истощает Себя для Его возлюбленной, становясь тем же, что и она: тварным, проклятым, и мертвым, чтобы сделать ее такой же, как и Он: божественной, святой, праведной и вечно живой.

Бог не благословляет и не одобряет мир в его мятеже и порочности. И при этом Он не презирает и не отвергает его при его злобе и грехе. Он просто любит его и спасает его. Напомню еще раз: Церковь – это спасение. Это мир, искупленный любящим его Богом. Это мир, опытно познанный как Царство Божие теми, кто имеет глаза, чтобы видеть, уши, чтобы слышать, и умы, хотящие понимать. Это Царство, явленное здесь и сейчас присутствием Христа в Духе.

«Не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его. А нам Бог открыл это Духом Своим» (1 Кор. 2, 9–10).

Вопрос Церкви – ключевой для нашего времени. Это самый острый вопрос, стоящий перед христианами сегодня. Это вопрос, от решения которого зависит не только судьба христиан и христианства, но и всего творения. Стоящий перед нами сегодня выбор есть выбор между христианством по существу и в силе, христианством объективной правды и вселенского значения или христианством вкуса и мнения, субъективного утверждения и академического спора. Выбор – между христианством Христа, Церковью и Царством Божиим или христианством, представляемым в виде одной из многих «религий» падшего мира, подобным им в разнообразии противоречивых разновидностей и форм.

Один из современных авторов (кажется, Честертон) написал, что когда человек прекращает верить в истинного Бога и в Его Церковь, он не начинает верить в ничто; он скорее верит в нечто. И как много сейчас этих верующих в «нечто» даже среди тех, кто носит имя христиан, в том числе и православных христиан. Отход христианства от объективной реальности Церкви как Царства Божия на земле и его растворение в огромном разнообразии «нечто» является величайшей трагедией. Это началось с искажений, порожденных богословствованиями, которые исходили не из опытного познания Бога в Церкви, но из воображения человеческих умов. В свою очередь, эти богословствования привели к искажениям в духовной жизни общества, погрузившим нас во мрак и хаос, в которых мы и ныне, блуждая, ищем себя.

Искаженное видение Бога искажает опыт Церкви, а искаженный опыт Церкви порождает искаженное мировоззрение. Круг расширяется, превращаясь в бесконечную цепь искаженных мировоззрений и опытов бытия и жизни человека. Мы живем с ними сегодня. Они укоренились в христианстве, они яростно выступают против своих же собственных основ. Они, если можно так выразиться, представляют собой христианство, сошедшее с ума (речь идет, конечно же, не о Православии, а о других христианских вероисповеданиях. – Примеч. перев.)! И есть такие, кто оправдывает это безумие, ссылаясь на необходимость разнообразия, на универсальность и даже на… Пятидесятницу! Нам кажется, более подошли бы ссылки на вавилонское столпотворение, как говорится в кондаке самого праздника Пятидесятницы: «Егда снизшед языки слия, разделяше языки Вышний; егда же огненныя языки раздаяше, в соединение вся призва, и согласно славим Всесвятаго Духа» («Когда Всевышний сошел смешать языки (во время вавилонского столпотворения), тогда он разделил народы, когда же Он раздавал огненные языки (в день Пятидесятницы), то призвал всех к единению, и единодушно славим Всесвятого Духа).

(Окончание следует.)

Протопресвитер Фома Хопко
ректор Свято-Владимирской православной семинарии (США)

Перевел с англ. И. Яковлев специально для Православия.Ru

19 / 04 / 2007






 версия для печати

Также в этом разделе:

Святоотеческое отношение к болезни

Радуйся, земля Сиверская!

Под Покровом Божией Матери

Владыка Иоанн – святитель Русского зарубежья.
Борьба за свободу Церкви


Владыка Иоанн — святитель Русского Зарубежья
Возвращение в Китай


Величие святой простоты. Часть 2

Величие святой простоты. Часть 1

«Христианину остается скорбеть и терпеть»

Владыка Иоанн – святитель Русского зарубежья.
Начало Второй мировой войны


Мусульмане и мусульманство в житиях византийских святых

София казахстанская

Придел преподобного Александра Свирского снова действует

Трансляция в формате RSS 2.0